–Мы против вырубки деревьев в парке выступили, – непринуждённо ответил парень и вытащив из-под куртки, развернул самодельный плакат, на котором были нарисовано небольшое дерево, а рядом перечерпнутый крестом небоскреб.
– Спрячь, – оглянулся по сторонам Козлов. – Что у нас деревьев мало что ли в городе, что их защищать?
В это время в коридоре раздались шаги, и омоновцы ввели еще двух ребят, похожих на студентов.
Козлов запустил их в клетку и закрыв на ключ, отошел в тень чтобы его не особо было видно сидящим в «обезьяннике».
Дальше омоновцы стали приводить сразу по два-три человека и через десять минут клетка была заполнена под завязку. Последней привели сопротивляющуюся девчонку в рваненьких джинсиках в которой Козлов сразу признал, тут самую с которой он встретился ночью у здания автовокзала и из-за которой его тогда задержал патруль.
–Все, последняя. Закрывай – запихнув девушку внутрь, уходя крикнул омоновец и Козлов достав ключи, вышел на свет к двери «обезьянника».
– Танкист, – с удивлением произнесла девушка, прильнув лицом к решетке. – А ты что здесь делаешь?
– Ничего, – буркнул в ответ Козлов отворачиваясь.
– Так тебя, что тогда задержали менты и ты у них работать остался?
– Типа того, – хмуро посмотрел на нее Козлов, закрывая ключом дверь.
–Эх, ты, – презрительно посмотрела на него девчонка, – Струсил да? К ментам на службу подался? Никакой ты оказывается не танкист.
– А ты сама, кто, – огрызнулся в ответ Козлов, – Меня с плакатиком ментам оставила, а сама слиняла? То же мне Зоя Космодемьянская!
– Я вернулась потом, – крикнула в ответ девчонка.
– Ага, вернула она, – недоверчиво усмехнулся Козлов.
– Да, вернулась. А тебя уже в Уазик запихивали, – с сожалением в голосе произнесла девушка.
– Ладно, проехали, – покивал Козлов и сунув в карман ключи вернулся в комнату дежурного, где, весело напевая песенку Бахрамов оформлял протоколы задержания.
– Все, – бросив ручку на стол и потягиваясь произнес майор, – План за август выполнили. А ты чего такой угрюмый?
– Да, ничего. Устал немного.
– Так, а который час, – Бахрамов развернулся и посмотрел на часы с пожелтевшим циферблатом висевшие на стене, – Ого, половина двенадцатого. Слушай, сержант, – он снова повернулся к Козлову. – Я тебя все время выручал. Из патрульного полка вытащил, квартиру снял, вот теперь план вместо тебя выполнил.
– И что, – насторожился Козлов.
–И ты меня выручи. – и Бахрамов взяв со стола фуражку, вышел к Козлову и заговорщицки произнес, – У меня здесь подруга живет недалеко. Я к ней на часок смотаюсь, а ты тут вместо меня пока побудь на телефоне.
–Что в другое время нельзя, как кроме дежурства, – заупрямился Козлов.
– Нельзя, – приложил руки к груди Бахрамов, – У меня жена знаешь кто?
– Откуда же я знаю. Не знакомили вроде.
– Она дочка, генерала. Этого, который мне брошюры подсовывает для поднятия морально-политического уровня. Она такая же как папаша. Я домой прихожу как в казарму омоновцев. Оттуда никуда уже не слиняешь. Выручи, друг?
– Ну, хорошо, – согласился Козлов. – Конечно выручу.
– Вот, спасибо тебе, – обрадовался майор, – Значит если звонить будут, записывай все в журнал.
– Да, я знаю всё товарищ майор. Я в N-ске, семь лет в таком же отделении отслужил.
– Вот и замечательно, – расцвел майор, подойдя к висевшему на стене зеркалу и причесываясь. – Тогда я побежал к Люсе. Через час вернусь, – и он, радостно передернув плечами, козырнул Козлову и выбежал на улицу.
***
