Сесилия, уже вышедшая из кареты, торопливо вернулась в нее и некоторое время пребывала в величайшей растерянности, не понимая, кому отвечать: привратнику ли, спрашивавшему, что передать, или кучеру, хотевшему знать, куда править. Встречаться с мистером Делвилом вопреки его воле и в отсутствие его сына казалось ей нестерпимым, однако куда же еще направиться? Где искать Делвила? Сумеет ли он ее найти, если она поедет к миссис Хилл? И где еще она сможет просить приюта? Немного оправившись, Сесилия отважилась едва слышно спросить у привратника, не здесь ли мистер Делвил-младший.
– Нет, сударыня, мы думали, он за границей, но он только что являлся сюда и спрашивал, нет ли здесь какой-нибудь дамы. Он даже не пожелал подняться к хозяину, а мы не посмели доложить тому о его приходе.
Это известие несколько воодушевило Сесилию; по крайней мере, стало ясно, что с Делвилом пока ничего не случилось. Молодая женщина заключила, что коль он направил ее сюда, значит, может снова вернуться. И она с робостью и неохотой попросила передать мистеру Делвилу свою просьбу о безотлагательной беседе. Вскоре ей принесли ответ: хозяин в столь поздний час не принимает. Сесилия на несколько минут оказалась во власти крайнего отчаяния; но, вернув себе присутствие духа, не смогла найти лучшего решения, чем дожидаться Делвила в экипаже. Она велела кучеру стать на углу площади и умоляла мистера Симкинса побыть с нею еще, на что тот с радостью согласился.
Прождав около получаса, Сесилия испугалась, что Делвил, не застав ее здесь, вновь отправится к Белфилду. Это с новой силой ужаснуло ее, и она решила ехать на Портленд-сквер, чтобы узнать, дома ли уже сам Белфилд. Однако, чтобы не разминуться с мужем, она снова подъехала к дому мистера Делвила и наказала привратнику передать мистеру Мортимеру, если тот вернется домой, что особа, о которой он давеча спрашивал, отправилась в дом миссис Робертс на Феттер-лейн. Она не посмела направить его к Белфилду, но намеревалась, если не услышит там новостей, безотлагательно ехать к миссис Робертс. Приехав к Белфилдам, она не отважилась зайти в дом и поручила мистеру Симкинсу вызвать миссис Белфилд к экипажу.
– Ваш сын вернулся домой? – нетерпеливо осведомилась у нее Сесилия. – С ним кто-нибудь есть?
– Нет, сударыня, он не переступал порога с тех пор, как тот джентльмен увел его с собой.
– Тот джентльмен приходил сюда опять?
– Да, сударыня, я как раз собиралась вам сообщить. Он побывал здесь только что и сказал…
– Только что?.. Господи!.. И куда он направился?
– Боюсь, джентльмен задумал недоброе. Он был очень сердит и едва слушал, что я ему толковала. Спросил, знаю ли я, куда мой сын направился из *-ской кофейни. Я говорю: не могу вам сказать, ведь ежели б не мистер Симкинс, я бы вообще не знала, что он был в кофейне; однако надеюсь, что никуда он не пошел, потому что ежели пошел, то бедная мисс Беверли зря так усердно за ним гналась. И только я это промолвила, как он совсем вышел из себя и заявил: коли я сам не увижусь с вашим сыном в *-ской кофейне, будьте добры, когда он вернется, передайте ему, что я буду иметь честь посетить его здесь. И ушел, злющий как не знаю кто.
Сесилия страшно перепугалась. Подозрения Делвила, должно быть, только усугубятся, и Белфилд воспримет оставленное им сообщение как вызов. Молодая женщина велела кучеру вновь править к *-ской кофейне, ибо немедленное объяснение с Делвилом казалось ей единственной возможностью предотвратить ужасный конец.
Она послала в кофейню мистера Симкинса – спросить, нет ли там кого из двоих джентльменов. Он вернулся вместе с лакеем, который сообщил:
– Один из них, сударыня, только что приходил, но лишь затем, чтобы написать и оставить записку для джентльмена, который был с ним в первый раз. Он только-только вышел и, верно, еще где-то рядом.
– О, тогда за ним! – воскликнула Сесилия. – Кучер! Погоняй!
– Лошади устали, – заявил кучер. – Они целый день в пути и не пустятся вскачь, если я не напою их.
Раздосадованная Сесилия распахнула дверцу и без лишних слов выпрыгнула из кареты с намерением идти пешком, но кучер тут же сцапал ее и заявил, что она не двинется с места, покуда не заплатит. В величайшем возбуждении ума Сесилия сунула руку в карман, чтобы расстаться с кошельком ради свободы, но мистер Симкинс принялся совестить кучера, забрал у нее деньги и стал дотошно выяснять, сколько тому причитается.
– Отдайте ему все, – воскликнула Сесилия, – и пойдемте! Минутная задержка может оказаться фатальной!
Однако мистер Симкинс продолжал спорить, призывая собравшихся зевак подтвердить справедливость его доводов; а его не слишком трезвый соперник все еще удерживал Сесилию. Какой-то джентльмен, вышедший из кофейни, предложил даме защиту, но кучер, крепко державший ее за руку, прорычал, что он в своем праве.
– Дайте мне уйти! – бормотала Сесилия, пугаясь все сильнее. – Сейчас же отпустите меня…
