Выйдя на улицу, я пошла быстрым шагом. Желудок урчал от запаха хлеба. Заслужили ли мы такое недоверие? Вероятно. Одаренных обязали оставаться внутри страны, чтобы бороться с демонами. То, что нам с сестрами разрешили уехать, было привилегией и наверняка вызвало гнев у гораздо большего числа людей, а не только у Адриана, нашего друга. До сих пор я вообще об этом не задумывалась. Никто не знал, зачем мы вернулись. Знали только, что мы сотрудничали с Конгрегацией, а о ней нехорошо отзывались по самым разным причинам. Такая окопная война в настоящий момент могла закончиться смертями. Позади меня раздался какой-то звук. Солнце поднялось еще не очень высоко. Только спустя некоторое время оно прогонит тени между домами. Очевидно, не одна я была ранней пташкой. Теперь послышался шорох. Я повернула голову, однако это оказались всего лишь прошлогодние листья, которые ветер гнал по булыжной мостовой. И все-таки я крепче вцепилась в багет и побежала быстрее. Завтра разбужу охранника и попрошу пойти со мной. Нельзя проявлять такую неосторожность. Обогнув лужу, я ненадолго удивилась, потому что вчера ночью дождя не было. Еще немного – и я оказалась за пределами центра деревни, откуда оставалось еще несколько сотен метров до дома. Вдруг стало темнее, когда поднимающееся солнце скрылось за облаком. Неосознанно я вспомнила о кракене и о том, что сказал капитан. Он не высовывается, когда слишком светло. Так и со многими другими демонами, даже если они не боялись непосредственно света. Он их не сжигал, как якобы действовал на вампиров. Но и эти легенды в Средневековье возникли не без оснований. Полно демонов, которые способны превращать людей в себе подобных. Представив это, я сглотнула и стерла пот со лба, который чуть ли не стекал на глаза. И внимательно вглядывалась в каждую нишу, мимо которой пробегала. Раздалось шипение, и неожиданно в мою сторону метнулось темное пятно. Настолько быстро, что у меня не осталось времени уклониться. Оно врезалось в меня. Закричав от испуга, я выронила хлеб, поскользнулась на булыжнике и стукнулась затылком о землю. Слышался лишь визг, а помимо этого царила жуткая тишина. Я с трудом приподнялась на локтях и попыталась снова сфокусировать зрение. Болела каждая клеточка тела, а ладони горели. В нос ударила вонь, и я уставилась на четыре алых светящихся глаза. Отползая назад, я старалась создать дистанцию между собой и демоном. А тот, по всей видимости, не сомневался, что я никуда не денусь, поскольку не спешил набрасываться во второй раз. У него было тело огромной кошки, но – несмотря на четыре глаза и лохматые волосы, свисавшие с головы, – почти человеческое лицо. Остальные части тела выглядели серыми и кожистыми. Острые когти цокали по мостовой, когда он направился ко мне. На мгновение меня парализовало воспоминаниями о нападении сильфиды. У нее глаза не светились, а казались скорее водянистыми. Тварь передо мной оскалила клыки. Сверкнули два ряда острых коричневатых зубов, и меня обдало отвратительным запахом гнилой плоти. А затем внутри меня поднялась волна ярости. Благодаря одному демону я уже перестала быть ведьмой и теперь не позволю второму добить меня окончательно. По улице пронесся мощный порыв холодного ветра. Демон сопротивлялся ему. Я не имела ни малейшего понятия, откуда он взялся. До этого момента дул просто слабый ветерок. Пот у меня на коже замерз. Этому страшилищу меня не достать. Мне больше не пятнадцать лет, и я хорошо натренирована. По крайней мере в беге. Я резко вскинула ногу и треснула чудище по черепу. Оно взвыло. Я вскочила и развернулась. Монстр завизжал, удивленный моей попыткой побега, а затем я услышала за спиной равномерный топот его лап. Демоны – настойчивые охотники, но так легко я ему не сдамся. Так я пробежала еще две улицы. И краем глаза замечала, как в домах задергивались шторы. Окна захлопывались, а один мужчина рванул из своего палисадника в дом. Почему никто мне не помогал? В каком-то из домов ведь должны были жить одаренные. Разве никто из них не понимал, что тут происходило? Задыхаясь, я добралась до главной улицы. До дома две-три сотни метров, но что, если сестры и Эш еще спали? До замка вообще пара километров. Мне ни за что их не осилить. Проклятье, проклятье, проклятье. Эзра уверял, что в Пемпоне безопасно. Да я ему голову откручу за ту фразу, если только увижу его еще раз. Чего могло и не случиться. Шум от лап стал намного ближе. Тварь торжествующе взвизгнула. Явно радовалась предстоящему перекусу. Я побежала быстрее. Звон, за которым последовали глухой удар и хрип, сбил меня с темпа. Я споткнулась и поймала равновесие за миг до того, как снова приземлиться на дорогу. Хрип затих, и звучало это так мрачно, что я бросила взгляд через плечо. А то, что я увидела, заставило меня затормозить прямо на бегу. По улице катилась голова. Вокруг лица обвились седые спутанные волосы. Тело же лежало у ног Калеба, который абсолютно невозмутимо вытер свой меч белоснежным носовым платком, после чего убрал клинок в ножны на спине.
