Когда прибывшие полицейские задавали ей вопросы, очень осторожно и мягко, Беа чуть было не призналась. Много раз она едва не закричала: «Это сделала я! Вы гребаные дураки! Это была я!» Но что она скажет потом? Как объяснит, что она каким-то образом остановила человеческое сердце? Это поставило бы ее в крайне затруднительное положение и могло в конце концов привести в психушку, – а она предпочла бы такому повороту событий любой другой исход, даже смертный приговор. Жаль, что смертную казнь отменили, думает Беа, потому что после тех давних вынужденных воскресных визитов в психиатрическую лечебницу святой Димфны она твердо решила, что никогда больше не переступит порог подобного заведения.
– Пожалуйста, я не могу ждать три недели… Нет, дело в том, что для меня это источник средств к существованию, и мне необходимо, чтобы вы приехали сегодня… Хорошо, завтра, на следующей неделе? Это самое позднее… – Скарлет ждет, пока какая-то незнакомая женщина говорит ей по телефону из какого-то офиса, что это невозможно. – Я знаю, знаю. Но… пожалуйста. Пожалуйста…
Когда женский голос в телефоне повторяет свой отказ, девушка начинает плакать навзрыд – уже во второй раз за два дня.
– Ты так и не позвонила. – Уолт подходит к стойке кафе. – Я надеялся, что ты позвонишь.
– Прости. – Скарлет пытается незаметно стряхнуть с волос цементную пыль. Ей немного неловко из-за того, что Уолт застал ее в рабочем комбинезоне с открытой спиной и потрепанных кроссовках, хотя она, в общем-то, не стремится произвести на него впечатление. – Просто… тут у меня трудности. Я…
Он машет рукой:
– Понятно. Тебе не надо ничего объяснять. Ведь… такой штуки, как фриссон, между нами нет, не то что между тобой и этим дико красивым хмырем. Просто я думал, что и между нами есть… кое-что.
– Ох уж этот твой фриссон. – Скарлет подходит к кофемашине. – Я не стану продавать кафе и больше не буду с ним встречаться… кстати, хочешь кофе? Пусть это будет наше свидание. Перерыв в работе мне не помешал бы.
Лицо Уолта светлеет.
– Однозначно. И – да, ты выглядишь немного… взъерошенной, но все равно у тебя, разумеется, невероятно привлекательный вид…
Глаза Скарлет опять наполняются слезами.
– Вчера вечером в кухне обрушился потолок. Я целое утро убирала его обломки. Слава богу, что бабушка еще спит, иначе не знаю, что бы…
– О, черт, это ужасно, – говорит парень, закатывая рукава. – Послушай, забудь ты про кофе, давай я тебе помогу. Мы мигом там все уберем.
– Правда? – Скарлет расслабляет напряженные плечи. Ей следовало бы отклонить его помощь – он уже и так сделал ей достаточно одолжений, но она слишком измотана и потрясена. – Ты уверен?
– Шутишь? – Уолт продолжает закатывать рукава, хотя его рубашка выглядит слишком уж аккуратной для грязной работы. – Лучшего свидания нельзя было бы и придумать.
Скарлет дарит ему благодарную улыбку.
– Потом мы сможем пообедать булочками с корицей.
– Отлично. – Он протягивает ей руку через стойку. – Идет.
Пожимая ему руку, она смотрит на свои пальцы. Ни одной искры. Жаль.
– Все в порядке?
– Да.
Лиана стоит вместе с Кумико на переходе на Чентри-стрит, ожидая, когда загорится зеленый свет. Она протягивает руку, чтобы коснуться пальцев своей подруги, но Кумико делает вид, что не замечает ее руки. Лиана ищет утешение в мыслях о Голди и Кембридже. Девушка всегда считала, что Лондон – самый многолюдный и оживленный город в Англии, но тогда она еще ничего не знала о тысячах и тысячах велосипедов, наполняющих Кембридж, и не видела его похожих на реки улиц, по которым, словно рыбешки, снуют велосипедисты. По крайней мере, когда переходишь дорогу, машину легче увидеть, чем велосипед.
– Ты уверена?
– Да, со мной все хорошо, – отвечает Кумико.
– Я тебе не верю. Не похоже, что с тобой все хорошо.
Лиана хочет сказать, что она знает – на самом деле Кумико в ярости, – иначе она спросила бы подругу о ее сестре. Но вместо этого девушка ведет себя в пассивно-агрессивной манере, делая вид, будто забыла. Раз так, Лиана ни за что не заговорит о своей сестре первой. Начинается дождик, и Ана черпает в нем успокоение. Пусть ее подруга сейчас не желает ни говорить с ней, ни касаться ее, зато у нее всегда есть прикосновение дождя.
– Все путем. Хочешь верь, хочешь не верь.
Лиана решает, что больше не будет спрашивать. Если она продолжит намекать, что Кумико лжет, это только вызовет у той раздражение. Сейчас не хотелось углубляться в тему брака с Мазмо, который Кумико так явно не одобряет. Так что теперь придется безропотно терпеть все, даже ложь.
– Может, посмотрим фильм? – говорит Лиана.
– Какой?
– В «Эвримене» сегодня сеанс-ретроспектива из двух фильмов про китобоев: «Моби Дик» и «В сердце моря».
Кумико пожимает плечами – всего несколько недель назад Лиана не потерпела бы от нее подобных жестов. Но это было раньше.
– Тогда, может, сходим в паб? – не унимается она.
