На сей раз Кумико не пожимает плечами – вместо этого девушка начинает переходить дорогу, не дождавшись зеленого сигнала светофора. Кто-то из водителей нажимает на клаксон, но Кумико продолжает идти. Лиана колеблется, затем спешит за ней.
– Я же не говорила, что выйду за него замуж! – кричит она. – И завтра у меня будет испытательная смена в «Теско». – Строго говоря, это неправда – ей просто пришел e-mail с предложением отработать такую смену, но она пока так и не ответила согласием.
– Даю тебе один день, – говорит Кумико, ускорив шаг. – Но знаешь что? Я очень удивлюсь, если ты проработаешь хотя бы час. Неделя еще не закончится, а ты уже окажешься в постели этого богатея.
– Коко! Как ты можешь так говорить?
– Потому что тебя баловали всю твою жизнь, Ана. – Кумико останавливается и оборачивается к Лиане: – И, если перед тобой встанет выбор между тем, чтобы что-то заработать или получить это на халяву, я точно знаю, что ты выберешь.
Я снова пригласила Лео к себе, мне не хотелось проводить эту ночь в одиночестве. Без моей сестры диван кажется мне пустым. Да и мне просто хочется быть рядом с ним, я хочу этого всегда. Как будто у меня что-то ноет в груди, и эта боль проходит, только когда мы оказываемся вместе.
– Спасибо. – Я целую его опять.
– За что?
– За то, что ты здесь. За то, что примчался ко мне, едва я тебе позвонила.
– О чем речь? – Лео пожимает плечами. – Я всегда буду приходить, когда ты будешь звонить.
Я улыбаюсь, но его лицо остается серьезным.
– В чем дело? – спрашиваю я. И, когда он не отвечает, толкаю его.
– Прости. Просто… впрочем, неважно. – Лео вздыхает. – Ничего, пустяки.
Смотрю на него, думая о тех шрамах, которые он не дал мне рассмотреть, когда был у меня в прошлый раз. Я стараюсь не вспоминать о них, а сосредоточиться только на мыслях о нем самом – с ним я чувствую себя так покойно. Открываю рот, чтобы сменить тему и рассказать ему о Лиане, но тут он начинает говорить опять.
– Мне надо тебе кое-что рассказать, – говорит Лео. – О том, кто ты.
Я снова вглядываюсь в его лицо.
– Перестань, – говорит он и отворачивается от меня.
– Извини. Я просто гадаю, нет ли у тебя доступа и в другие волшебные миры. Может быть, в Нарнию? Или в Страну Чудес? Мне всегда хотелось попасть в Страну Чудес.
Я улыбаюсь, но Лео остается серьезным.
– Если этот твой мир реален, почему ты не можешь отвести меня туда?
– Я же тебе говорил – я могу попасть туда только в ночь первой четверти луны, – с досадой повторяет Лео. – Но нам не следует ждать так долго, сначала ты должна отправиться туда одна, без меня, чтобы ты смогла…
– Знаю, знаю, – отвечаю я, не желая вновь выслушивать эту безумную историю. Я люблю Лео, и мне совсем не хочется думать, что он, возможно, не совсем нормальный фантазер. Вспоминаю его шрамы. А что, если он сатанист? Остается надеяться и молиться, чтобы это было не так.
Хотя, если он говорит правду, это еще хуже. То, что он рассказал, то, как он описал Навечье, будит во мне воспоминания о том, о чем я не хочу думать. Если последовать туда, куда ведет эта нить, то пришлось бы допустить, что я дочь демона, что в ночь моего восемнадцатилетия мне придется вступить в смертельную схватку с солдатом, а затем сделать выбор между добром и злом. И одно дело фантастический мир этого самого Навечья – возможно, он так же вероятен или невероятен, как существование жизни на других планетах – но что, если мне и впрямь уготована именно такая участь?
Лиана сидит на своей кровати, рисуя. У нее болят пальцы. Смена в «Теско» продолжалась только пять часов – половина рабочего дня, который будет у нее, если она согласится на эту работу. Она пытается не думать о том, что ей сказала Кумико, но ничего не выходит. Неужели она и в самом деле так избалована? Неужели она и впрямь всегда выбирает путь наименьшего сопротивления и скорее готова получить что-то даром, чем заработать это своим трудом? Нет, это не так. Лиана работает над своими иллюстрациями, пока не достигает совершенства; на тренировках она плавала до потери сознания – нельзя стать кандидаткой в олимпийскую команду страны без чертовски напряженного труда. Такого тяжелого, на который большинство людей не способно. Но ведь… она любила плавание больше всего на свете, и рисование любит почти так же. Так что вопрос стоит иначе – готова ли она неделя за неделей отрабатывать десятичасовые ночные смены в «Теско»?
На время выбросив этот неудобный вопрос из головы, Лиана сосредотачивается на рисовании приключений Черной птицы, повторяющих ее собственные. Сможет ли ее героиня найти свою сестру, с которой давно утратила связь? Если да, то какая это будет птица? Белая девушка с голубыми глазами и светлыми волосами. Лиана перебирает в памяти птиц со светлым оперением, но ни одна из них не может стать супергероиней. Зяблик? Нет. Щегол? Нет. Голубые глаза – может, павлин?
