— Тихо! — вновь одернул Петровский, — хочешь, чтобы все услышали? Да, я «нагрелся» на этом в полтора раза. И немного на римском, планирую. На всех, кроме вас. Я вам не крыса, чтобы наживаться на своих, понятно? Вы — свои, поэтому возвращаю деньги. Простите, что не сказал сразу, но это поставило бы под угрозу всю операцию. На всех остальных мне плевать, так что бесплатно подставляться я не собираюсь, — закончил он.
Все пораженно молчали.
— Деньги уберите, — велел Петровский, — теперь ты понимаешь, Джамал, почему к Маковскому должен идти именно ты и никто другой?
— Понимаю, — тот кивнул, — Костян, а если выплывет?
— Как ты себе это представляешь? — с ухмылкой осведомился Петровский, — что кто-то из этих «терпил» пойдет к Маковскому или Фокину уточнять, в каком именно размере они получили взятки? Бред.
— Неплохо, — оценил Асхат, — почти на ровном месте столько сделал…
— Мелко, — Петровский цокнул языком, — так вот, пацаны, карты на стол, к чему я все это вообще начал: на одном только юрфаке берет больше половины, это строго. А сколько факультетов у нас? Сколько студентов, сессий и предметов? И почти везде такие вопросы решаются. А что, если решать их будем мы? — он внимательно смотрел на молчавших приятелей, — что скажете?
— Я… я не знаю, Костян! — Фролов облокотился об оконную раму и задумчиво посмотрел на заснеженную улицу, по которой сновали студенты, — это все, конечно, круто звучит, но кто мы такие, чтобы с нами кто-нибудь вел дела? Ну перваши и все! Нет, ну по большому счету! — он повернулся к Петровскому, — и потом, Костян, ты реально думаешь, что первый додумался до этого? Да на такой кристальной схеме ленивый не нагреется!
— Ну, значит, ленивых много, — парировал Петровский, — да, не спорю, кто-то по любому нагревается, но не думаю, что таких людей реально много, более того, они работают поодиночке, значит, с ними не так сложно конкурировать. Пример с Фокиным и Маковским показал, что договориться можно напрямую, без всяких «пятых рук», но знаем об этом только мы. Мы имеем определенную репутацию среди студентов, у нас есть связи на разных факультетах, в том числе, старших курсах…
Петровский замолчал, ожидая, что скажут остальные. Все по-прежнему молчали.
— Нет, Кость, ну о чем ты? Какая конкуренция, ты так говоришь, как будто это какой-то бизнес? — Фролов попробовал улыбнуться.
— А чем тебе не бизнес? — Петровский был серьезен, — еще какой, с перспективами расширения! Смотри, если со временем большинство, а то и все финансовые потоки в сессиях пойдут через нас, представь, какие это деньги? — глаза Петровского горели, — одному человеку это провернуть не под силу, я согласен, а вот группе людей… группе людей с разных факультетов, да еще со своими завязками каждый… — он, улыбаясь, смотрел на них, ожидая, что намек, наконец, поняли.
— Костян, тебе, как юристу, знаком термин «преступная группировка»? — усмехнулся Асхат.
— Да ну, Асхат, чтобы ты испугался? — Петровский изумленно поднял брови, — ни за что не поверю…
— Нет, не испугался, — Асхат подмигнул, — и ход мыслей твоих я понял, просто хочу понять, что ты осознаешь, что предлагаешь.
— Я все понимаю, все взвесил и проверил схему сам, прежде чем тянуть кого-то еще, — ответил Петровский, — нет, если кто-то хочет «спрыгнуть», я не буду давить. Подумайте, что теряете…
Повисло молчание. Петровский смотрел то на Джамала, то на Фролова. В Асхате сомнений уже почти не было.
— Нет, я говорил, он на всю голову отбитый! — Фролов стукнул ладошкой по подоконнику, — ладно, чего вы уставились? Я согласен! Как назовемся, Костян? У нас же типа банда получается! — он ехидно посмотрел на Петровского.
— Называй это как хочешь, у нас должен выйти перспективный бизнес, это главное, — отрезал тот.
— А мне все нравится! — Джамал похлопал Петровского по плечу, — голова у тебя варит, Костя!
— Главное, чтоб эту голову ему не отвинтили! — заявил Фролов, ткнув в них пальцем, — ну что, Костик, раз ты у нас идейный вдохновитель, ты и главным будешь! Ну, это на тот случай, когда все получим от трех до восьми!
— Сплюнь, идиот! — Петровский усмехнулся, — если все сделаем грамотно, получим хорошую прибыль и минимум хлопот на протяжении всех лет обучения! Я же всегда говорил: главное начать…
— Окей, Дон, я вас слушаю! — Фролов, паясничая, положил руку Петровскому на плечо, — что делаем дальше? Какие указания? По идее, надо вычислить всех «решал», загасить к чертовой матери и сбросить в речку, тогда никакой конкуренции не будет! — он изобразил пальцем пистолетный выстрел.
— Клоун, — хмыкнул Петровский, — короче, пока планы такие: введите в курс Соловья и Славика тоже подтягивайте. Он может вас послать, может такое произойти… — Петровский задумался, — отправите тогда ко мне, я с ним поговорю. Джамал, ты пока занимаешься «римским» в своей группе, не затягивай, решай срочно.
Джамал кивнул.
— Я пойду, поболтаю с парой умных людей, может, подскажут что, — продолжил Петровский, — ну, так-то, в принципе, пока все! — он усмехнулся.