— Да конечно, они несерьезно… — проговорил он, не отводя взгляд, — гангстеры кухонные… Петровский, ты правда думал, что мы поведемся на этот цирк? — он изо всех сил стиснул зубы, — теперь ты точно попал, Костечка… знаешь, что тебе за это будет? Чего тебе надо, психопат?! — выкрикнул Роман, теряя самообладание.
— Я уж думал, не дождусь этого вопроса! — Петровский расплылся в совсем уж инфернальной усмешке, поигрывая пистолетом. Краем глаза он наблюдал и за своими людьми. Они были перепуганы не меньше Кротова и Постовалова. Они также были скованы ужасом и теперь тупо выполняли приказы, даже не думая, куда их ведет Петровский…
— Ты… ты чертов псих! — выпалил Роман дрожащим голосом, — какого х…а ты это устроил?! Ты же не завалишь, урод! Кишка тонка…
Петровский сел рядом на корточки и участливо посмотрел в глаза.
— Кишка тонка, говоришь? — произнес он, улыбаясь во весь рот, — да ну? Ты же пробивал за меня, Ромка! Ты же в курсе, что я полный отморозок. Что я совершал… ты знаешь даже то, чего не знают они! — он указал глазами на своих ребят, которые в страхе переглянулись, — и как считаешь, хватит у меня духу прикончить тебя или твоего друга прямо сейчас? — он упер пистолет в голову Постовалова.
— Петровский, убери!!! — в отчаянии завопил Кротов, в ужасе глядя на оружие у головы лучшего друга, — убери, псих, он не причем! Чего тебе от нас надо?
— Да вы все причем, — Петровский поднялся на ноги и убрал оружие от головы закрывшего глаза Никиты, — я вообще все знаю. И про банду знаю. И про все… — он понизил голос до шепота, — удивлен, Рома? Сюрприз! Что, поиграть в меня захотелось? Идея, может, и неплохая. Только не надо было пытаться меня переиграть на этом поле! — он поднес свое лицо вплотную к лицу Кротова.
— Что? — проговорил он так, что слышал один Петровский, — ты про что?
— Только дурочку не валяй! — Петровский оскалился, — я знаю, что вы, клоуны, организовали в своем универе похожую систему, подражая мне! — он ткнул сам себя пальцем в грудь, — непонятно только, зачем? — он опять заглянул Роману в глаза, — что вам, денег не хватало? Адреналина? Все вы, мажоры, идиоты… губите себя собственным идиотизмом, потому что вам все с неба падает и всегда мало, мало, мало…
— А ты сам-то не мажор? — с ненавистью произнес Кротов, — или, может, скажешь им правду? — он перевел покрасневшие от холода и слез глаза на людей Петровского. Те опять стали удивленно переглядываться. Костомаров опустил голову. Правду здесь знал он один…
— Закрой свою пасть… — очень тихо проговорил Петровский, наклонившись к Роману, — речь сейчас не обо мне. Вам, наверное, интересно знать, откуда я знаю о вашем маленьком предприятии? — он зашел им за спины и теперь говорил нарочито громко, уводя разговор от неудобной себе темы, параллельно ловя удивленные и недоверчивые взгляды Фролова, Соловья и Джамала, — а я вам расскажу! — он старательно не замечал, как на него после слов Кротова смотрят собственные люди, — в тот вечер, когда убили Славку… — голос Петровского слегка дрогнул, — мой человек, которого ты, с…а, заставил меня предать… — он отвесил Кротову затрещину, от которой тот едва не упал, — он больше не мог держать это в себе!
Петровский посмотрел на Дмитрия. Тот сглотнул и отвел глаза. Петровский ухмыльнулся и продолжал:
— Он рассказал мне все. Сознался, — Петровский медленно подошел к парализованному ужасом Фролову и положил руку ему на плечо. Затем посмотрел на Кротова, — а я его понял… понял, простил и… перевербовал! — он зашелся почти истеричным смехом, — и вот с тех пор, Ромка, шпионаж шел в две стороны! А вам, дуракам, старательно подкидывали дезу… удивлены?! — он, злобно ухмыляясь, наклонился к стоявшим на коленях у проруби ребятам, — я все о вас знаю!..
Кротов повернулся и поднял на него глаза.
— Петровский, ты идиот?! — прошептал он, — все из-за этого? Это же такая ерунда! Просто гребаная игра, ты из-за такой х…и это устроил?! — он вновь сорвался на крик.
— Нет, не ерунда! — Петровский схватил его за волосы, — это для вас это игра… а для меня — целая жизнь. Моя жизнь, — его глаза сверкнули очень злым и страшным огнем, — за нее я готов убивать…
Он медленно поднял пистолет. Глаза Кротова округлились в немом ужасе. Никита задрожал, но ничего не делал под дулом направленного на него оружия…
— Костян, ты чего, Костик!!! — нервы Фролова сдали окончательно. Из глаз потоком брызнули слезы, — Костя, остановись, прошу, не надо! Ты обещал, Костя, ты же обещал!!! — завопил он, начиная биться в истерике…
— Убери его отсюда! — велел Петровский Джамалу. Тот мрачно и обреченно кивнул и взял Дмитрия за плечо.
— Костя, ты что творишь?! — вскричал Фролов, — Костя, остановись! Ах ты, гад! Ненавижу!!!
Петровский молча и хладнокровно смотрел, как Джамал насильно уводит Фролова прочь. Затем вновь переел взгляд на стоявших на коленях и ожидавших своей участи парней. Пистолет он так и не опустил. Соловей затрясся, отвел глаза и закурил очередную сигарету, с трудом справившись с зажигалкой руками, которые теперь ходили ходуном…