— Техническая часть не должна вас беспокоить, — ответил тот, облокотившись на стол, — все объясню поэтапно, если вывалю сразу, у вас голова заболит! — он усмехнулся, — но поверьте, там комар носа не подточит! Короче, думайте, господа. Времени у вас до вечера. Если вы хищники — нам по пути. А если дичи… — он посмотрел на приятелей нехорошими глазами, — тогда нам с вами больше не о чем разговаривать.
С этими словами он поднялся и быстрым шагом покинул кафе. Пораженные приятели проводили его взглядами.
— Он сошел с ума, — тихо произнес Фролов.
— Тоже заметил?! — с сарказмом воскликнул Соловей.
— Это «нет»? — Джамал сурово посмотрел на них обоих. Фролов в свою очередь изумленно уставился на него.
— А ты что, хочешь участвовать?! — проговорил он.
— Да, — Джамал коротко кивнул, — я как-то пообещал, что пойду до конца. А слово надо держать. И да, Костян прав, надо, наконец, определиться, кто мы такие. По-моему, черта уже давно перейдена. И что, будешь каждый раз рожать кирпичи? — он посмотрел на Фролова почти так же недобро, как смотрел Петровский. Тот лишь вздохнул и перевел взгляд на Асхата.
— А ты что молчишь?
— А у меня выхода нет, — негромко произнес Асхат, меланхолично глядя в окно, — не хочу остаться без копейки и без работы, что мне, похоже, светит. Как и большинству. Я в деле…
Джамал вопросительно посмотрел на Фролова и Соловья. Те переглянулись.
— Да пошло оно все! — рявкнул Фролов, — да, мать вашу, я подписываюсь, в натуре, дальше-то уже и некуда! Мертвее не будем, дальше зоны не отправят, чего уж там, топтать вас всех! Пойду покурю, надоели уже! — он резко поднялся из-за стола. Соловьев проводил его взглядом и повернулся к Джамалу с Асхатом, сверлившим его выжидающими взорами.
— А что вы на меня смотрите? Я как все! — он пожал плечами и отхлебнул из своего бокала.
— Артем Андреевич, можно? — Юля Аксенова осторожно заглянула в аудиторию.
— Да, пожалуйста, проходи! — Перевертов приподнял голову от планшета и приветливо улыбнулся. На вид он был ненамного старше той же третьекурсницы Юли, больше тридцати ему точно нельзя было дать. Вроде бы, он недавно закончил аспирантуру и был устроен в НГПУ с чьей-то подачи сверху, только никто толком не мог сказать, с чьей именно, хотя слухи ходили самые разнообразные…
Юля пересекла аудиторию и остановилась около преподавательского стола. Перевертов взглядом предложил ей присесть и принялся ее внимательно разглядывать.
— Артем Андреевич, по поводу экзамена, у нас же экзамен через неделю… — тихонько начала Юля, сев на стул.
— Ну, это да, — Перевертов опять улыбнулся, выжидая, что она скажет дальше.
— Ну… — Аксенова потупилась, — вы же знаете, что я пропустила почти месяц. Но не просто так, я болела, правда, у мен и справка есть! — быстро добавила она, посмотрев на преподавателя.
— Да ну зачем мне справка, я тебе верю! — Перевертов, не переставая, казалось бы, приветливо улыбаться, отмахнулся и встал со своего места, — я вообще привык верить студентам. Ведь врать — это демонстрировать собственную глупость и неуважение не столько к тому, кому врешь, сколько к самому себе…
Говоря, он многозначительно прошелся по аудитории, поглядывая в располагавшееся сверху окно: аудитория Перевертова находилась на цокольном этаже корпуса в самом конце коридора. Юля, не сходя со своего места, осторожно следила за ним взглядом.
— Да нет, Артем Андреевич, я, правда, не вру… — начала она. Она не врала. Да и не было смысла, Аксенова действительно подхватила воспаление легких, с которым целый месяц провалялась в больнице.
— Верю! — Перевертов поднял руку и, сел напротив Юли, — а я, правда, тебе верю, — он как-то странно и двусмысленно подмигнул, чем заставил студентку сильно занервничать, — просто понимаешь… — Перевертов на секунду приподнял глаза к потолку, — темы-то все равно упущены, а два модуля не закрыты, пусть даже по уважительной причине…
Перевертов замолчал и посмотрел Юле в глаза. Она лишь напряженно молчала.
— Я рад бы помочь, но не могу просто взять и закрыть, — продолжил преподаватель, — понимаешь, у руководства с этим строго. Модули должны быть закрыты, допуск к экзамену происходит только в случае отсутствия отработок… — он очень грустно, почти театрально вздохнул и крайне сочувственно посмотрел на Юлю.
— Но есть же минимум баллов, — попробовала тихонько возразить та, — там у меня за два модуля прилично набралось. Артем Андреевич, вы же знаете, я хорошо учусь… — она с надеждой посмотрела на Перевертова. Тот лишь вновь вздохнул, картинно закатив глаза.
— Да я-то знаю, Аксенова, знаю, — закивал он, — но и ты пойми: инструкции у нас. Никого не допускать, если модули не закрыты, теперь вот даже баллы не все решают. Ты пойми, я и рад бы тебе хоть автомат поставить, но я-то человек подневольный… — с этими словами он очень грустно посмотрел в стол.