– Что касается твоего человека, приставленного якобы для охраны, – Дерек вошел в импровизационный раж. – Ответ предельно прост: я не знаю.
Глаза Тайлера вновь вспыхнул мрачным огнем.
– Не правильный ответ, Дерек. Мне нужна правда.
– Это и есть правда, кретин! Что, по-твоему, я мог бы сделать с ним? Я, немолодой больной мужик, после длительного путешествия в джунглях.
– Складно плетешь, – ухмыльнулся Тайлер, но Дереку показалось, уверенности в словах не было.
«Хотелось бы надеяться».
– Что скажешь, Арион? Водит нас за нос?
– Показатели незначительно выходят за пределы – трудно сказать…
– А-а, толку от этих твоих штучек! Трудно сказать, трудно сказать, – передразнил Тай. – Пусти разряд. Только не увлекайся – нам нужна демонстрация.
«Разряд?» – успел подумать Дерек, прежде чем мозг пронзила раскаленная игла и он тут же закричал от боли, а потом с неимоверной силой стиснул в судороге зубы.
– Достаточно, – остановил пытку Тайлер.
Большего наслаждения Дерек не испытывал никогда в жизни. Казалось, вечность он просто лежал и наслаждался покоем и отсутствием боли.
– Как он? – будто за плотным слоем воды послышался голос.
– Порядок – жить будет, а врать должен перестать.
– Дерек, – он почувствовал, как что-то треплет щеку. – Де-рек.
– Эм-м, – зубы разомкнулись, и на губах появились пузыри из слюны.
– Вот видишь, теперь я верю, что ты еще не пришел в себя, – улыбнулся садист, – а не то, что ты изображал ранее. Теперь понимаешь, что говорить правду – только в твоих интересах? Для меня это вопрос принципа, ясно? Мне-то что – замести следы легко, и плевать на все!
Каким-то шестым чувством Дерек осознал ложь в словах.
«Слишком рискованно для принципов…»
– Давай еще раз: где мой человек?
– Н-не знаю… н-не видел… – выдохнул Дерек, мысленно повторяя себе: «Держись, держись».
Тайлер печально поджал губы.
– Ну что ж, давай.
Адское веретено вновь пронзило мозг, и Дерек вновь кричал, пока кровавая пена не пошла изо рта. В те секунды, казавшиеся вечностью, пока длилась пытка, он не слышал разговора палачей.
– Не перегни, понял? А то сам окажешься на его месте.
– Конечно, господин. После процедуры пусть отдохнет чуть дольше – магнитуды искажаются и влияют на достоверность результата.
Дерек не замечал ничего вокруг: не чувствовал ни кровь на губах, ни боль в, готовых расколоться от напряжения, зубах. Свет померк перед ним, и несчастный отключился. Блаженная тьма сомкнулась над ним даруя избавление от боли.
***
– Знаешь, ты крепкий мужик! С альбионовыми яйцами, и я тебя даже зауважал…
Дерек ослабел настолько, что даже не мог отплевывать кровавые сгустки и хрипел чуть тише вставленного зонда. Он не смог бы сказать сколько мучительных циклов уже перенес. Он вообще ничего уже не мог сказать: только хрипел и изредка мычал, но в голове, уже очень редко, но все вспыхивало одно слово: «Держись!»
Все еще стоило держаться – замученный болью Дерек не совсем понимал, но в его жизни остались только три вещи: боль, забвение и порой вспыхивающее яркой звездой слово. И из какого-то тупого упрямства он продолжал держаться.
– Я порядком устал возиться тут с тобой, – продолжал мучитель. – Да и на Арионе лица нет – думаешь нам приятно всем этим заниматься? Проделывать такое?
Свет в глазах Дерека пульсировал, исчезая все чаще.
Арион подошел к Тайлеру и зашептал на ухо:
– Продолжим – сдохнет. Нужен перерыв.
– Еще раз? – в голосе главаря послышались просительные нотки.
– Рискованно, господин. Очень рискованно.
– Черт! Погоди, надо подумать… Твоя оценка?
– Вероятность правды шестьдесят восемь процентов. Господин, мы слишком торопимся – сильное искажение магнитуд – я предупреждал…
– Заткнись! – вспылил Тайлер. – Не лезь не в свое дело. Этот говнюк мне никогда не нравился – кандидат, мать его. Думает, его дерьмо пахнет лучше чем у других.
– Прошу прощения, господин, но смею напомнить о двухстах тысячах и о пользе объекта. Объяснить уничтожение только межличностной неприязнью будет затруднительно…
– Я кому сказал заткнуться, – Тайлер обратил к помощнику искаженное злобой лицо. – Забыл свое место? Так я напомню! Я и без твоих дурацких советов все прекрасно понимаю.
Арион почтительно склонился в поклоне и забормотал:
– Еще раз прошу прощения, господин. Продолжаем?
Тайлер молча смотрел на залитое кровью лицо Дерека. Чуть слышное дыхание с хрипами и свистом едва вырывалось из груди.
– Шестьдесят восемь, говоришь, – махнул рукой палач. – Черт с ним – видимо, и правда не врет…
– …дела требуют точечного воздействия и постоянного внимания. Пренебрежение мелочами непозволительно. Ты это понимаешь как никто другой, – Дерек держал в руке нетронутый бокал с виски и слушал разглагольствования Тайлера. – Нельзя просто взять и отмахнуться от тревожных или неприятных факторов, понимаешь?
Тайлер остановился и посмотрел Дереку в глаза. Темный огонь его истинной сущности почти погас, но за стеной дружелюбия Дерек по-прежнему видел его и чувствовал.
– Мы – деловые люди, верно? Мы – такие какие есть и стали теми, кем стали именно поэтому!
