Голова первого англичанина появилась под лестницей и сразу скрылась, не дожидаясь пули. Однако под сводами крипты стояла тишина. Пехотинец снова высунулся, подтянулся на руках, выскочил из прохода и откатился за лестницу. Выстрела снова не было.
Следом за ним из прохода показался Ньюкомб, встал на ноги и осмотрелся. Солнечные лучи привели его взгляд к фреске с изображением Плакиды. Он подошел к ней, взглянул на лицо святого, недобро улыбнулся и опустил глаза на греческую надпись.
Ньюкомб уже отвернулся и сделал шаг, когда что-то словно ударило его в спину. Он вернулся, наклонился и увидел текст, процарапанный под фреской.
Британец выхватил записную книжку, что-то написал в ней, вырвал лист, обернулся и закричал:
– Эй, кто-нибудь, ко мне быстро!
К нему подскочил матрос.
– Догоните Слейтера и отдайте ему это, бегите со всех ног! – сказал Ньюкомб и протянул ему записку, а сам стал что-то рисовать в своей записной книжке.
Слейтер вылез из прохода, когда Ньюкомб методично осматривал стены храма. У входов в коридоры теперь стояли часовые. Все они спрятались за углы и выставили в темноту только свои штыки.
– Я надеюсь, вы действительно что-то нашли, – проскрипел Слейтер, кряхтя и отряхиваясь.
– Все вон! Оставьте нас! – вдруг приказал Ньюкомб часовым и остальным воякам, которые теперь тоже осторожно озирались по углам.
Слейтер с заметным испугом осмотрелся.
– А нас тут с вами не подстрелят? – спросил он. – Лучше бы нам уйти отсюда и поговорить в другом месте…
– Ты и ты останьтесь, остальные вон! – повторил команду Ньюкомб, показав на часовых, стоявших у входов в коридоры.
В крипте остались двое пехотинцев. Остальные солдаты и матросы с явным облегчением снова скрылись в проходе.
Ньюкомб подвел Слейтера к фреске и проговорил:
– Смотрите. Это святой Евстафий Плакида, о фреске с изображением которого в пещерном монастыре я вам рассказывал. В одной из бухгалтерских книг торгового дома Гизольди на полях я нашел эту картинку и те же цифры под ней, которые имеются на стилете. Я только что проверил. Каждая цифра – это порядковый номер буквы в этом тексте, который дублирует координаты на стилете. Ипсилон, гамма… Гизольди подстраховался на случай потери стилета. Но он еще и нацарапал сам текст вот здесь, под фреской! Теперь у нас есть полные координаты взамен тех, которые сгорели на «Таифе»! Осталось пойти и забрать клад. Это шанс, мистер Слейтер, не так ли?
– Если вы правы, то это просто чудо. Надеюсь, что не плод вашей бурной фантазии.
– Вы можете думать все, что вам угодно.
– Я, конечно, поздравляю вас, но риски по-прежнему очень велики. За эти пятьсот лет сокровище могло быть найдено много раз.
– Исключено! Это такая сумма, которая обесценила бы золото похлеще испанских захватов. Кроме того, мне известен список драгоценных камней из этого клада. Ни один из них с тех пор нигде не возникал. Этого тоже не могло быть. Слишком уж они заметны. Женское тщеславие слишком велико, оно непременно заставило бы какую-то даму нацепить на себя один из этих карбункулов. Кстати, я ничего у вас больше и не прошу. Просто хотел, чтобы вы это узнали.
– Тогда зачем вы меня сюда притащили? – с подозрением спросил Слейтер.
– Между нами возникло небольшое недоразумение, и я склонен решить его здесь и сейчас.
– Какое же?
– Как вы думаете, сэр, сколько времени потребуется вашим наследникам, чтобы вступить в свои права? Я так полагаю, не меньше года. Особенно непростая ситуация сложится по долговым обязательствам третьих лиц, ведь так?
Слейтер не сразу понял Ньюкомба, но все-таки сообразил и начал медленно пятиться от него назад. Тот достал револьвер и выстрелил по часовым, оставшимся в крипте. Когда они упали, Слейтер вдруг с неожиданной прытью бросился в коридор и скрылся в темноте.
Ньюкомб выстрелил. Слейтер споткнулся, схватился за бок, но снова побежал, петляя, как заяц. Ньюкомб пальнул ему вслед еще раз и сорвал со стены факел. Пробегая мимо часовых, которые еще шевелились, он на ходу всадил каждому из них пулю в голову.
Слейтер в очередной раз прыгнул в сторону, покачнулся, потерял равновесие и повернулся к Ньюкомбу. Тот выстрелил ему в грудь. Слейтер закричал и вдруг полетел куда-то вниз.
Ньюкомб подбежал к краю большого квадратного колодца, остановился и бросил в него факел. Тот упал на дно и рассыпался, но на секунду его свет выхватил Слейтера, который лежал на животе, уткнувшись лицом в камни. Ньюкомб еще раз выстрелил в темноту и пошел по коридору.
Севастополь, Крым
Соломон стоял у приоткрытой двери склада и смотрел наружу. Начинающийся день, невзирая на все людские злодеяния, обещал быть прекрасным. Парила росой трава, гул канонады почти стих. Было слышно, как море бьется о камни у подножия Константиновской батареи.
Полуэкт Юрьевич стоял у стола. После бессонной ночи лицо его было изрядно помято. В руках он теребил толстую пачку ассигнаций.
– Полуэкт Юрьевич, вы ведь большие дела ведете, а так пугливы! – с усмешкой бросил ему Соломон.
