Баба, Полина Захаровна Котова, урожденная Шешенина, колхозница, усердная и умная, оставшись вдовой, поднимет всех четверых детей. Помогать ей будет до самого ухода из мира собственная матушка Анастасия. Афанасий перед отправкой на фронт об этом слезно просил мудрую, грамотную и мастеровитую тещу, имевшую в молодости значительный воспитательный опыт гувернантки в Питере. Встав перед ней на колени, солдат заклинал: “Умоляю, Анастасия Антоновна, не оставь наших детей! Как на Иисуса Христа, на тебя надеюсь”.
Сын деревенских бабы и мужика Павел, смутно помнящий довоенную жизнь, но полностью сохранивший жуткие впечатления двухлетней гитлеровской оккупации, напряженного преодоления голодной и холодной послевоенной разрухи, учебы в далеко находящихся, бедных учебными пособиями начальной и семилетней школах, - главный герой нашего повествования, рассказывающего о крайнесеверной эпохе в истории личности крестmьянского корня.
Павел Афанасьевич Котов ждал решения о назначении его собственным корреспондентом газеты на строительстве железной дороги Тюмень-Сургут, что ему твердо обещала всем известная в области журналистка Наталья Головина после высокой договоренности с заместителем министра, курировавшим новое дело. Рука дружбы местной публицистки оказалась недостаточно надежной, чтобы москвич, взявшись за нее, дошел до цели. Уволившись по собственному желанию из редакционно-издательского отдела Центральной нормативно-исследовательской станции по строительству нефтепроводов ( ЦНИССТРОЙНЕФТИ ) и прибыв накануне майских праздников в областной центр западносибирской области, он с прискорбием узнал, что протеже – большого человека - неожиданно вызвали в Москву, откуда возвратится лишь после Дня Победы 9 мая. У Павла же двумя днями раньше торжеств по такому случаю истекал месячный срок устройства на новую должность, чтобы не прервался трудовой стаж. Выйти за установленные границы значило потерять многое в будущем при оформлении пенсионного обеспечения, причем не только в сязи с далеким преклонным возрастом, но и со всякими непридвиденными обстоятельствами. Убивать время, тратить его без толку, ходить руки в брюки Павлу оказалось не с руки, и он обратился за помощью к тюменским писателям, которых узнал во время недавних прилетов в командировки по служебным делам. Познакомился с ними, а с некоторыми сблизился - на почве общих творческих интересов: сам писал художественную прозу. Николай Алифанов, Владимир Васильчук, жившие в Тюмени, и оказавшийся тогда в ней поэт из Ханты-Мансийска Андрей Никишин стали моторами продвижения Котова в географические границы Крайнего Севера, потому что только при устройстве в его пределах сохранялась московская прописка, оформлялась бронь на нее.
- В южных районах большая нехватка журналистских кадров, можно рекомендовать на самое приличное место, - уверенно информировали они гостя. – Стоит лишь поднять телефонную трубку, попросить нужного областного начальника нажать на кнопку.
- Нет, друзья, мне подходит лишь редакция где-то у кромки Ледовитого океана. Без брони, а на юге ее не дают, вытурят из столицы. Бегство от цивилизации выбираю основательное также и душой. Сегодня мой заветный край – Север Северище, вблизи океанских просторов. В него последнее время пристально вглядываюсь, регулярно наведываясь туда по важным министерским заданиям. Стремлюсь к далеким землям как романтик, приоткрывший крылатые сердца северян, делающих летящими сами эти экстремальные края. Уже полюбил большие дела в Приполярье. Мой интерес отличен от устремлений Тура Хейердала к полинезийским островам с первобытными людьми и каменным веком. Свою экспедицию «Кон-Тики» хочу совершать на вертолетах, вездеходах, большегрузных машинах современности. В краю подлинно трудовых людей, прекрасных специалистов, энергичных молодых руководителей.
