Амайя всмотрелась в лицо Джонсона. Он был бледен, несмотря на жару, стоявшую вокруг. Даже бравые усы, самый характерный элемент его внешности, словно поникли и потускнели. Он явно беспокоился о Дюпри, и Саласар не была удивлена этим — было видно, что они ценят друг друга. Даже разочарованный странным сговором Дюпри с Буллом и тем, что они скрывали важную информацию, Джонсон был по-прежнему безгранично предан Дюпри.
Заметив пристальное внимание Амайи, он посмотрел ей в глаза.
— Вы не видели парня, с которым я разговаривал? Это Лоренцо.
Она нахмурилась.
— Фил Лоренцо из «Спаси меня». У них база в больнице. Мы говорили с ними вчера утром.
— Напарник Брэда Нельсона, — вспомнила Амайя. — И что он сказал?
— Много чего. Но не знаю, поможет ли это нам, все очень противоречиво. С одной стороны, он говорит, что Нельсон действительно по крайней мере один раз отсутствовал, а в другой прибыл позже других. Говорит, был случай, когда он сознательно прикрывал Нельсона, утверждая, что тот работает где-то в другом месте, а на самом деле Нельсон исчез. Начальник группы так ничего и не узнал.
Амайя посмотрела на него вопросительно. Пока все складывалось.
— Еще говорит, что у Нельсона были проблемы в браке и многое предстояло уладить. А он в этих делах вроде как знает толк, сам десять лет назад был на грани развода. Много пил… Словом, увидел в Нельсоне родственную душу, вот и покрывал его. Признается, что ему тоже было худо и тоже стыдно рассказывать, в чем на самом деле проблема. Ходил тайком в клуб анонимных алкоголиков, и каждый раз ему приходилось придумывать для этого оправдания и лгать. Он признался, что превратился в профессионального лжеца, но это, мол, такой период и его надо пережить. «То, что вызывает в тебе стыд, становится твоей гордостью», — так он сказал. Даже показал мне синий с золотом значок, который получил за то, что не пил десять лет.
— Значит, вы считаете, что у Нельсона проблемы с алкоголем?
— Похоже на то. Я не хотел спрашивать об этом напрямую, парень и так очень чувствителен. — Джонсон пожал плечами.
— Итак, у нас есть некий человек, который обеспечивает ему алиби, потому что идентифицирует себя с ним и уверен, что тот тоже алкоголик. По правде сказать, это ничего не добавляет к тому, что мы и так уже знаем, — лишь подтверждает, что у Брэда Нельсона проблемы в семье, которые он собирался как-то разрешить, и что для этого ему несколько раз пришлось отлучаться. И никто, кроме его напарника, не знал, что он исчезал как раз в тех местах, где были убиты семьи.
— И все же вы не верите, что он Композитор…
— Приступы гнева лучше всего доказывают то, что у парня проблемы с выпивкой. А собрания анонимных алкоголиков часто проводятся в помещениях приходских церквей. Помните, капитан Рид видел, как Брэд Нельсон тайком пробирался в церковь, хотя никто не сказал бы, что он верующий.
— Хорошо. Я говорил вам, что есть еще одна новость, — сказал Джонсон, постучав пальцами по рюкзаку с ноутбуком, висевшему у него на плече. — Мобильные телефоны все еще не работают, но, похоже, компьютерная система больницы продолжает функционировать. Медсестра подтвердила, что интернет очень медленно, но работает, и электронная почта тоже. Мне удалось войти в нее и скачать несколько писем. Все загружается еле-еле, и мне потребовалось двадцать минут, чтобы прочитать весь текст. Одно письмо предназначено вам, — сказал он, вынимая ноутбук и показывая на экран. — Вирджил Лэндис, директор Американской страховой ассоциации.
Амайя открыла письмо, пока Джонсон держал ноутбук, пристроив его на предплечье.
— Он объясняет, как работает его ассоциация, — сказала она, пробегая глазами текст, — какие полномочия у инспекторов. Они имеют доступ ко всем данным застрахованных лиц. И посещают места катастроф, чтобы оценить размер страховок, которые выплачиваются из общего фонда, учрежденного как раз для подобных случаев. Тон письма дружелюбный и довольно прямолинейный, что удивительно. Единственное, чего здесь нет, — запрошенной нами информации об инспекторах определенного возрастного диапазона с тремя детьми. Он говорит, что не имеет права отправлять эти данные по электронной почте, к которой каждый может получить доступ.
Джонсон вздохнул; он выглядел смирившимся.
Амайя подняла глаза от экрана.
— В любом случае это нас не слишком продвинуло бы. Думаю, я могла ошибиться с возрастом детей. Возраст жертв заставил меня задуматься о повторении, однако возникает накладка со временем. Если восемнадцать лет назад… — она посмотрела на маленького Джейкоба, который все еще стоял рядом, — он убил и исчез, даже если б он мгновенно переделал свою жизнь, дети обязательно должны быть младше. Джейкоб навел меня на одну мысль. Думаю, у Композитора может быть ребенок лет четырех-пяти по имени Мик, Майкл или Мишель, и у этого ребенка есть скрипка. Возможно, кто-то из его братьев или сестер тоже играет на скрипке, именно поэтому преступник вернулся за ней в Галвестоне.
— Вспомнил, что сын пометил скрипку, и понял, что это может навести на его след, — предположил Джонсон.
