— Приступив к расследованию, я сразу увидел сходство между тем, что рассказывали Лиретт и его мать, и тем, что видел сам во время исчезновения моей сестры, кузины и других девочек. Джером отчаялся, потому что полиция рассматривала дело об исчезновении Медоры как похищение с целью давления со стороны других наркоторговцев. Понимание того, с чем мы столкнулись и в какое русло должны направить усилия, не помогало: в последующие дни мы ничего не узнали о том, где может быть Медора, пока в том лагере на болоте не нашлась ее заколка для волос.
Дюпри сделал паузу, чтобы отдышаться. Булл продолжил за него:
— Выражение «У болота есть глаза» относится не только к населяющим его животным. На болотах живут каджуны — в плавучих хижинах или прямо на лодках. Тем не менее никто ничего не видел и не слышал, и это казалось нам странным. У жителей болот необыкновенное шестое чувство, и они всегда сообщают шерифу, если замечают что-то подозрительное — охотников или браконьеров. А иной раз описывают явления, не поддающиеся рациональному объяснению.
— Что это значит? — заинтересовался Шарбу.
— Ты же знаешь, что я не сразу попал в убойный отдел. Работать я начинал в городе, полицейским в офисе шерифа Терребонна. Люди здесь суеверные, а на болотах и того хуже. Жизнь там дает иное представление о реальности, и в офисе шерифа не раз получали свидетельства очевидцев, которые якобы видели ругару или даже сталкивались с проделками лютинов. Так что нас удивило, что никто ничего не видел и не слышал.
— Ругару? Лютины? — переспросил Джонсон.
— Ругару, или
— И полиция Терребонна всерьез относится к этим заявлениям? — удивленно спросил Джонсон. — Когда я занимался сектами, власти воспринимали такого рода вещи скептически.
— Уверяю вас, если б вы прожили там хотя бы один сезон, все это не казалось бы вам столь уж нелепым. Болото — живое существо. Если вы работаете полицейским вблизи этнических поселений рома, коренных американцев или каджунов, то должны изучить и понять их обычаи, иначе запутаетесь. Кроме того, все знают, что в южной части Луизианы практикуют вуду.
— Вуду — в смысле колдовство? — спросила Амайя.
Булл бросил на нее недовольный взгляд и ответил очень серьезно:
— Вуду — это традиционная религия в таких странах, как Того или Бенин, а в Гаити — государственная религия. Есть и карибский вариант вуду, созданный на основе верований рабов, завезенных из Африки, и рудиментов христианства: сантерия, кандомбле, умбанда. И да, — сказал он, обращаясь к Джонсону, — сообщения о любой подозрительной деятельности очень даже принимают: когда такая вера является частью культурных корней, приходится признать, что с ней связано очень многое. Всяческие церемонии, жертвоприношения животных, ночные бдения, разграбление могил, кража останков…
— Я понял. — Подняв руку, Джонсон кивнул.
— Джером сделал ошибку, — продолжил Дюпри. — Прошла неделя с тех пор, как пропала его сестра, а у нас ничего не было. Никто ничего не видел, а если и видел, докладывать нам об этом не собирался. Не предупредив нас, Джером предложил вознаграждение в двадцать тысяч долларов за любую информацию о Самеди. В болотах дела обстоят иначе, чем в остальном мире: он не публиковал объявлений в местной газете, ничего не сообщал местному радио. Двадцать тысяч долларов — довольно приличная сумма, и оставалось только пустить слух, что он готов ее заплатить, а остальное устроилось само собой.
В тот день мы долго пытались связаться с Лиреттом, но безрезультатно. Ближе к полудню явились к нему домой. Мать открыла дверь с винтовкой в руках, встревоженная и испуганная, хотя вряд ли можно упрекнуть в чем-то бедную женщину после всего того, что она пережила в последние дни. Она сказала, что сына нет дома; он знал, что мать выписывают, однако не забрал ее из больницы, а значит, с ним случилась как-то беда. Мы были согласны: каждый, кто знал Джерома Лиретта, был в курсе того, как он предан своей семье. И он уж точно не бросил бы мать, потеряв бабушку и сестру. Мы позвонили шерифу и начали готовить отряд, чтобы отправиться в болота на поиски, как вдруг раздался анонимный звонок и нам сообщили, где искать тело. Координаты указывали на болотную байу, указать это место мог только местный каджун.
Почти в это же время нам снова позвонила мать Джерома; она была в истерике и говорила что-то о послании сына, которое он якобы нам передал. Мы подумали, что это дурная шутка, а может, звонил какой-то мошенник, привлеченный двадцатитысячным вознаграждением, которое Джером посулил за сестру. Тем не менее мы решили разделиться. Мы с шерифом, детективом Буллом и его людьми отправились к тому месту, где, согласно указаниям, находилось тело Лиретта; Карлино поехал к нему домой поговорить с матерью.
