Собственное тело казалось Лили не своим. Словно она, настоящая, ушла куда-то далеко-далеко, а вместо себя оставила двойника, который до сих пор лишь изредка подавал ехидный голос из потаённых глубин её души. Из сердца ушли и боль, и негодование, и разочарование, и любовь, сделавшаяся в последние месяцы горькой, как настойка полыни.
Прохладный влажный утренний воздух не бодрил, он заставлял трястись от холода.
— Слышите? Что это за хреновина? — насторожился Ремус.
— О, нет! Только не это! — сорвалось с языка у Мальсибера. — Это просто не честно!
Действительно, нечестно со стороны Запретного Леса, подбрасывать им сейчас встречу с чудовищами.
— Там что-то движется! Похоже, что-то огромное, — испуганно озирался Эйвери.
— Салазару Годрика в зад! — выругался Блэк.
Из-за стволов выдвигалось с десяток существ, покачиваясь на восьми немыслимо длинных, мохнатых ножищах, угрожающе щелкая перед собой парой чёрных блестящих клешней.
Лили с испугу не сразу сообразила, что перед нею пауки. Не те крохотные паучки, которые снуют туда-сюда под листьями, а размером не меньше лошади.
Питер поймал её за руку и заорал.
— Бежим!!!
Они устремилась следом за Джеймсом, который, несмотря на большую потерю крови, летел, будто молодой олень. Когда они пробирались сюда, казалось, что идти невозможно — всюду ямки да канавки, древесные корни да пни. Теперь же, когда их преследовали гигантские пауки, спасаться бегством полоса препятствий не мешала. Мародеры летели вперёд с таким проворством и легкостью, словно знали дорогу наизусть. Впереди — Ремус, Джеймс и Лили в серединке, за ними Питер, а Сириус был замыкающим.
Отступление магов сопровождалось громогласным визгом. Время от времени они отрасывали слишком близко подобравшихся пауков Ступефаем или Инервейтом, на что пауки отвечали не менее пронзительным тонким визгом, срывающимся в хриплый рев.
Обратный путь к Хогвартсу показался на удивление быстрым.
— Вот чёрт!..
Но это был не чёрт. И даже не Мерлин, ни Салазар Слизерин, и не Годрик Гриффиндор. Увы!..
В воротах школы их поджидали профессоры МакГонаггал, Слагхорн и директор Дамблдор.
Это было даже по-своему красиво. Дамблдор, в длинной серебристо-серой мантии походил на волхва, принесшего иудеям суровое пророчество о конце света. Стоящий по правую его руку профессор Слагхорн будто бы воплощал в себе страждущую добродетель. На лице декана Слизерина подчеркнуто-крупными буквами была написана великая скорбь о несовершенстве мира в целом и о несовершенстве человеческой натуре в частности. По левую руку от Дамблдора возвышалась неподкупная Немезида со строго сомкнутыми устами и скрещенными на груди руками — профессор МакГоногалл.
— Вот попали! — тоненьким голоском жалобно пискнул Питер.
Дамблдор впился в лицо ученикам острым, как у орла, взглядом. Впечатление нисколько не смягчалось очками, сидящими на его длинном, с горбинкой, носу.
Лили никогда не понимала, почему многим её знакомым этот чародей казался смешным, добрым старичком. Она откровенно побаивалась директора и, наверное, поэтому его недолюбливала. Действия профессора Слагхорна, амбициозного и романтичного, можно было с легкостью просчитать; профессор МакГоногалл, с её железными принципами и несгибаемой волей тоже была вполне предсказуема. Но вот что можно ожидать от господина директора, Лили понятия не имела.
— Доброе утро, молодые люди, — вежливо поздоровался Дамблдор.
Лили уговаривала себя, убеждая, что бояться совершенно нечего. В крайнем случае, её попросту исключат из Хогвартса — не смертельно. Вопрос, правда, в том, что же она станет делать в мире магглов совсем без образования? Мыть унитазы в супермаркетах? Не радужная перспектива.
— Вы, видимо, запамятовали, — продолжил Дамблдор, — что на походы в Запретный Лес наложен строжайший запрет?
Розье ответил с вызовом:
— Мы решили проигнорировать это, сэр.
— Молодой человек! Вы забываетесь! — профессор Слагхорн всем своим видом выражал неодобрение.
На лице МакГонаггол появилось привычное саркастичное выражение, неоднозначно показывающее собеседнику, какого она о нём мнения.
— Я всего лишь говорю господину директору правду, — цинично продолжал огрызаться кузен Блэков. — Проявляю почти гриффиндорскую отвагу. Вы же не хотели бы, чтобы мы лгали? Профессор Дамблдор наверняка пожелает узнать, зачем мы отправились в Запретный Лес?
— По правде говоря, не сложно догадаться, что привело вас туда, — характерным жестом Дамблдор сомкнул кончики пальцев. — Я очень разочарован, — взгляд его скользнул в сторону Люпина, ненадолго задержавшись на нём, — разочарован в некоторых из вас, поскольку считал их и мудрее, и старше, чем они оказались. У меня есть основания предполагать, что свежим воздухом все уже надышались? Вернёмся в школу, господа.
Презрительно-пренебрежительный взгляд МакГоногалл жёг Лили затылок и спину, она словно слышала осуждающий шепот: «Единственная девушка в компании девятерых парней? Задатки недурны! Впрочем, чего же ещё и ждать от грязнокровки?».
