— Джеймс Поттер.
— Поттер? — окинул его взглядом Аластор. — Сын Карлоса и Дореи, что ли?
— Так точно, сэр.
— Вернёмся к исходной точке разговора. Кто ты, красавчик? — навис Аластор Грюм над Сириусом Блэком.
— Моё имя внушит вам симпатию не больше, чем моя внешность. Я — Блэк, Сириус Орион Арктурус Мариус.
— О как! Впечатляет. Ну да ладно! Что это у вас на парте? — мистер Грюм, отвернувшись от Блэка, бесцеремонно заграбастал книгу со стола Мэри. — Учебник? — скривил он толстые губы. — И вы всерьёз предполагаете, что можно научиться драться по жалким книженциям? — презрительно дёрнул плечом аврор. — Понимаю, ребятки. Это не ваша вина, что вас предпочитают видеть желторотами и беспомощными. Но и вы поймите одно: если бы вы вас учили не цветную радугу в небо запускать, а настоящей, боевой магии, жалкий оборотень не посмел бы убить волшебницу. Но вас, семикурстников, почти выпускников, словно младенцев малых, прячут под юбку к госпоже МакГоногалл, уверяя, что чудовищ не существует. А это ложь, скажу я вам. Скажу более того: монстры реальны. Ещё как! Зло — реально. Оно готово атаковать. И нужно защищаться, если хотите выжить. Чтобы противостоять злу, вы должны знать, из чего оно состоит, как выглядит, как действует. Чтобы противостоять черной магии, нужно знать, что это такое — черное магия. — Аластор Грюм зачем-то хлопнул в ладоши и звук прозвучал в тишине, словно зловещий выстрел. — Вы знаете, на чем она основывается, черная магия? Вы, вы — красивая девушка с огненными волосами?
Лили вздрогнула, поняв, что знаменитый аврор обращается к ней.
— На проклятиях, — ответила она, не задумываясь.
— Верно, — довольно ухмыльнулся Грюм. — А что такое проклятие по сути своей?
— Те же заклинания, только со злым умыслом.
— Ответ не академичный, зато короткий и по сути верный, — одобрил высказывания Лили Грюм. — Честно говоря, то, о чём сейчас пойдёт речь я вам говорить, ребятушки, права не имею. Запреты эти совершенно бессмысленны, ведь те из вас, кто родился в чистокровной семье и без меня отлично знают, что такое запрещённые проклятия. А вот магглорожденные как раз особенно нуждаются в этих знаниях. Они, те, кто в первую очередь находится под ударом, но в большинстве своем понятия не имеют о том, с чем им придётся столкнуться. Так ведь, красотка? — подмигнул он Лили.
— Если он ещё раз назовет тебя красоткой, Поттер ему морду начистит, — хихикнула Дороти.
— На мой взгляд, чем раньше вы, мальчики-девочки, узнаете, с чем предстоит столкнуться, тем вам же, желторотым, лучше, — продолжил Аластор Грюм свою речь. — Чтобы защищаться, нужно знания. А защищаться вам, котятки домашние, предстоит не много, не мало, от Волдеморта, одного из самых сильных и беспощадных магов двадцатого столетия. Он, ублюдок, расшаркиваться не станет. Мразь слизеринская и нападает по слизерински — неожиданно, подло, из-за куста, норовя ударить в спину. Единственное, что может вас спасти, так это — неустанная бдительность! Чтобы победить врага, нужно действовать на опережение. Итак, желторотики, легкий вопрос: какие заклинания в Великобритании считаются непростительными? Ну-с, мистер Блэк? Уж вы то точно должны их знать.
— Империус. Круцио. Авада Кедавра.
— Проклятие подвластия, пыточное и смертельное, — прокомментировал Грюм. — Как действует Империус чистокровные наверняка уже видели, может быть даже сами испытывали на себе. А чтобы магглорожденным было проще понять, я попрошу вспомнить легенды об одержимости. Демон вселяется в ваше тело, и вы перестаёте принадлежать себе. Вы все осознаёте, но тело вас не слушается. Вместе в овладевшим вами демоном вам придётся убивать, пытать, насиловать. Вы будете наблюдать за тем, как это делают ваши руки, и будете не в силах этому помешать. Вот что такое Империус, девочки-мальчики. Но есть и хорошая новость, — сощурился Грюм. — Проклятию можно сопротивляться. Я позже покажу, как это делается. Итак, Авада Кедавра, Круцио, Империо — использование любого из этих трех заклинаний применительно к другому существу достаточно, чтобы заслужить пожизненное заключение в Азкабане.
Вы спросите меня, если всё так серьёзно, какого боггарта я тут о них распинаюсь? А распинаюсь я о них потому, что моя задача научить вас, подготовить, вооружить. Самое главное, что я прошу вас сегодня запомнить: хочешь жить, умей проявить бдительность. Неустанную бдительность! Никому не доверяй. Ни другу. Ни матери. Ни даже собственной тени.
Класс притих, внимая этим странным для гриффиндорцев, которых воспитывали в духе коллективизма и чувства товарищества, речам.
— Итак, переходим от теории к практике. Сейчас я наложу проклятие подвластья на каждого из вас, чтобы вы могли почувствовать на себе его силу и понять, что представляет собой одержимость.
— Но профессор! — возразила Мэри, — Вы же сами только что сказали, что это незаконно. За использование проклятия грозит Азкабан…
— Придётся рискнуть, крошка. Для вашего же блага. Раз ты такая смелая, с тебя опыты и начнём.
Мэри испуганно сжалась.
