— Красавец! — восхищался учитель. — Вы только взгляните на него! Перед вами самое опасное чудовище волшебного мира. С незапамятных времён драконы являли собой олицетворение мощи и силы. Осторожней, не подходите ближе! Они могут плеваться огнём футов на двадцать. И так, что же делать, если дракон на вас напал? Не знаете? Когда вас, балбесов, много, а дракон всего один, можно использовать простой классический сногсшибатель. Итак, достаньте палочки! На счёт три, одновременно!
Сногсшибательные заклятия огненными ракетами сорвались с палочек студентов, ударились о чешуйчатую шкуру дракона и рассыпались яркими искрами.
Дракон переступил задними лапами, широко разинув пасть, издал беззвучный вопль. В ноздрях иссякло пламя, и он медленно-медленно упал. Земля задрожала от удара туши, весом в несколько тонн.
Алиса обернулась к Лили, насмешливо и зло блестя глазами:
— Здорово мы за ним «поухаживали». Упаси Мерлин от такого ухода!
Получив задание написать доклад о драконах ученики вернулись в школу, под защиту толстых стен, туда, где дождь до них мог добраться лишь в виде привычной сырости.
В библиотеке было немного теплее, но и сюда залетали сквозняки.
— Зачем нам драконы? — зевнула Мэри, отодвигая книгу.
— Что? — откликнулась Дороти.
— Зачем нам дурацкие драконы? — повысила голос Мэри. — Может быть, кто-нибудь из вас собирается стать загонщиком? Никто никогда не думал о том, что в Ховартсе дурацкая программа? Драконы выглядят эффектно, не спорю. Но в реальной-то жизни встретиться с ним у волшебника шанс невелик. А сколько времени тратится на их изучение? — помахала девушка перед носом подруг довольно увесистым свитком. — Вот я и спрашиваю вас — зачем?
— Какой толк спрашивать у нас? Обратись лучше сразу к Дамблдору, — фыркнула Алиса.
С удивлением Лили заметила, как из отсека Запретной Секции, как в старые добрые времена, вместе, вышли Джеймс и Блэк. Оба выглядели спокойными, как будто они никогда и не ссорились.
Как это прикажите понимать?
Впереди светило очередное ЗОТС и это не добавляло оптимизма унылому существованию.
Лили, усевшись за стол и зажав руками уши, чтобы хоть как-то отгородиться от стоящего в классе гула, торопилась повторить материал, но в своём устремлении к знаниям явно была в меньшинстве. Все чувствовали себя уставшим, учиться никому не хотелось и в классе витал дух неповиновения. Кто-то запускал самолетики, которые остроносыми белыми кляксами разлетались по классу, кто-то громко чавкал, с хрустом надкусывая яблоко. Дороти и Мероуз листали «Ведьмополитен» хихикая над картинками.
Как бы невзначай зацепившись взглядом за Поттера, Лили отметила, что они с Блэком снова сидят вместе и, совсем как в старые добрые времена, заняты сотворением очередной пакости, а именно, старались оживить чучело гранделоу в аквариуме.
— Уберите учебники к дракклам! — рявкнул вместо приветствия Грюм, залетая в класс.
Гул прекратился. Яблоки и журналы оказались спрятанными в момент, дух неповиновения испуганно свернулся.
Класс изобразил собой пристальное внимание.
Взмахом палочки аврор написал на доске тему. Надпись гласила: «Ругару».
— У вас ровно пять минут на то, чтобы в письменном виде изложить всё, что вы знаете об этом, — ткнул учитель волшебной палочкой в сторону надписи, словно указкой.
Вот когда Лили в душе возликовала! Она была уверена, что напишет самостоятельную правильно.
«Ругару или лугару, это разновидность оборотней, обитающих в Америке, штат Луизиана. В Англии данный вид практически не встречается. Ругару представляет собой гибрид человека, чаще всего с волком, иногда с коровами, свиньями и даже цыплятами. Особенности ругару в том, что они не трансформируются, как оборотни; их тело словно выворачивается наизнанку без каких-либо физических неудобств и боли. В отличие от ликантропии, ругару не размножаются через укус. Этим существом нужно родиться, ген передаётся от отца к ребёнку».
Откинув волосы со лба, Лили снова покосилась в сторону Мародеров.
В отличии от неё, Джеймс был практиком, а не теоретиком, поэтому вряд ли был готов к письменной самостоятельной. Лили решила протянуть ему пальмовую ветку мира. Ведь если Джеймс начал общаться с Сириусом, то, может быть, и по отношению к ней сменит гнев на милость? Сняв незаметную копию с собственной работы, она отправила ему записку с подсказкой.
В чем тут же раскаялась.
Получив записку, Джеймс, хмурясь, прочитал её. Питер Петтигрю, заглядывая другу через плечо, противно хихикал, отвесив какое-то замечание, от которого лицо Джеймса помрачнело ещё больше. Поттер демонстративно вытащил палочку и сжёг пергамент.
— Что такое? — поинтересовался Грюм, останавливаясь рядом юношей. — Сжигаете любовные послания от навязчивых поклонниц, Поттер?
Лили почувствовала, как пылают от негодования щеки.
— Не совсем, сэр, — невозмутимо ответил Джеймс.
Лили отвернулась.
Нет, ну есть на свете справедливость?! Значит, своему дорогому Сириусу мы готовы простить всё, что угодно. А по отношению к ней…
Ну и пусть идут к черту!
— Время вышло. Сдавайте ваши свитки, — пробасил Грюм.
