Стоило повернуть один из кранов, как на них пролилась новая порция воды, смешенная с душистой, благоухающей мыльной пеной. Ползли, наползая друг на друга ароматные душистые, упругие шары, размером чуть ли не с футбольный мяч. Из другого крана вырвалась струя голубого, отдающего жемчужным сиянием, пара, зависшего над поверхностью воды.
Облокотившись на бортики бассейна, зажав в пальцах по бутылке усладэля, подруги произнесли тост за спокойствие, благоденствие и удачу.
— Вот это жизнь, — щурясь от удовольствия, ворковала Дороти. — Вот это и значит жить на всю катушку. Это что я называю настоящим!
— Что тут настоящее? — пожала плечами Лили. — В роскоши есть свои удовольствия, но, как по мне, это далеко не самое главное в жизни: золотые краники с изумрудными камешками…
— В жизни есть вещи поинтересней, чем золото и алмазы, — поддержала её Мэри.
— Например? — нахмурилась Дороти.
— Любовь? — предположила Алиса.
— Несомненно хорошая штука. Но есть вещи, поважнее любви, — заявила Мэри.
— Что может быть важнее любви? — возразила Алиса.
— Долг? — предположила Мэри.
— Может быть долг и важнее, зато любовь приятнее.
— Алиса, — обратилась к ней Дороти, — скажи, а у вас с Фрэнком уже было?..
— Что?
— Ну… то самое, — игриво пихнула Дороти Алису локотком в ребра.
— Фрэнк относится ко мне уважительно.
— Какая прелесть! «Уважительно»… не хочу тебя огорчать, подруга, но твой жених просто тюфяк.
— Не говори того, чего не знаешь!
— Сдается мне, красавчик и умничка Крауч гораздо интересней тюфяка Лонгбботома. Если бы ты, Алиса, была его невестой, возможно, не оставалась бы сейчас такой бесстрастной ханжой.
— Не помню, чтобы кто-то спрашивала твоего мнения или совета на этот счёт, — решила поставить Дороти на место Лили.
— Тебя, Дора, послушать, так у тебя опыта в этих вещах — воз и маленькая тележка, — засмеялась Алиса. — Да что что ты вообще знаешь о парнях?
— А ты? — огрызнулась Дороти.
— Не ссорьтесь, девочки, — на сей раз в качестве миротворца решила выступить Мэри. — Что касается Крауча, так по мне в нём слишком много… нет, не огня, скорее перца. Он специфичный.
— Лучше специфичный Крауч, чем скучный Лонгбботом, — отсалютовала полупустым стаканом Дороти.
— Так и забирай себе своего специфичного «красавчика», — показала подруге язык Алиса. — Насколько я знаю, он совершенно свободен.
— Тебе нравится Крауч? — удивленно приподняла бровь Мэри, обращаясь к Дороти.
— Не-а, она так шифруется. — Алиса сдула с руки розовую пену. — На самом деле ей, как и большинству девчонок в Хогвартсе, нравится Сириус Блэк, — хихикнула она.
— Ерудна! — залилась краской Дороти.
— Не лицемерь, — махнула рукой Мэри. — Мне тоже нравится Блэк. И мы вполне спокойно можем обсуждать это, ведь не у одной из нас нет шансов его заполучить.
— Это к лучшему, — кивнула Лили.
— Что в этом хорошего? — не поняла Дороти.
— Когда парень одной подруге предпочитает другую, это приводит к ссорам, к вражде, а мы можем спокойно открывать клуб КВСБ, — сказала Мэри.
— КВСБ?..
— Ну да. Клуб Влюбленных в Сириуса Блэка.
— Я — пас! — открестилась Алиса.
— Я тоже, — заявила Лили.
— Хочешь сказать, что Блэк тебе совсем не интересен? Что ты вбиваешь клин между Сириусом и Джеймсом, целуясь с первым в темных уголках сугубо из любви к искусству? — полунасмешливо, полусердито фыркнула Дороти.
Лили, не ожидавшая такого поворота в разговоре, сразу даже не нашлась, что ответить.
— Ты кокетничаешь со всеми подряд, Эванс. Мысль о том, что какой-то симпатичный парень может быть влюбленным не в тебя, не дает тебе спокойно спать по ночам, да? Только не нужно вот этого вида невинно оскорблённого достоинства! Я же видела, как ты сегодня целовалась с Блэком в библиотеке, как они потом дрались с Джеймсом из-за тебя.
— Это правда? — распахнула глаза Алиса, с неодобрением глянув на Лили.
— Иногда, Эванс, ты меня удивляешь, — внесла свою лепту в разговор Мэри.
— Зато вы меня не удивляете, — ответила Лили, стараясь, чтобы голос не дрожал от гнева и обиды. — Ничего не меняется в этой жизни. Ни-че-го! Чтобы не случилось, у вас всегда виновата я. Я одна. Знаете, в такие моменты, как этот, даже отмороженные отморозки Пожиратели кажутся не такими уж отстойными. Они хотя бы честны в том, что откровенно презирают таких, как я, магглорожденных. А вы? Вы делаете это исподтишка, потихоря, Храбрые Сердцем лицемерки!
— Кто здесь лицемерит? — блеснула глазами Дороти. — Скажи, ты целовалась с Блэком или нет?
— Дался вам этот Блэк!
— Целовалась — или нет? — настаивала на ответе Дора.
— Целовалась. По факту, — Лили почувствовала, что краснеет под устремленными на неё взглядами подруг. — Но по сути — нет, я этого не делала.
— По факту, а не по сути?.. — снова блеснула зубами всегда готовая смеяться Алиса. — Это, простите, так? Я что-то не понимаю…
