Кружиться, раскинув в стороны руки, как птица. Кружиться, пока земля не покажется слишком тяжелой и её можно будет просто не стряхнуть с подошвы лёгких туфелек. Кружиться до тех пор, пока не удастся оторваться от земли и — полететь.
Лететь вопреки всему — законам тяготения и распространённому мнению, что так не бывает.
До сих пор Лили кружилась всегда одна, как та балерина из её любимой шкатулки, стоящей на столике у матери: белая танцовщица с поднятыми вверх, словно крылья, тонкими руками.
Теперь она кружились с Джеймсом. Вместе.
Лили чувствовала не бесплотные объятия ветра, а горячие и твёрдые, сильные мужские руки, готовые подхватить, поддержать, изменить темп вращения. Или полёта?
Вальсовая дорожка. Окошко из рук. Семенящие шаги вокруг кавалера, припавшего на одно колено.
Ореховые глаза с золотистой каймой глядели то насмешливо, то тоскливо, то страстно. От этого земля всё легче и легче уходила из-под ног…
Когда восхищенные и недоверчивые охи и ахи вывели Лили из состояния транса, она осознала, что кружится, словно на невидимых качелях, паря в воздухе. Как легкокрылая фея из маггловских мультиков.
Стоило ей осознать это, как стихийная магия тотчас улетучилась, нетвердые воздушные потоки расступились, и она не удержавшись, рухнула вниз.
Наверное, больно ушиблась бы, если бы не Джеймс.
Он успел подхватить. Как всегда, в принципе.
Джеймс всегда страховал и удерживал. Спасал в последний момент — насмешливый, бесстрашный и дерзкий.
— Спасибо, что не дал упасть, — смущенно засмеялась Лили.
— Всегда пожалуйста, — непривычно хмурясь, ответил он.
Джеймс словно нехотя убрал руки с её талии.
— Что-то я так и не понял, кто-выиграл-то, а? — хихикнул Петтигрю.
— По-моему, здесь, как всегда ничья, — ухмыльнувшись, ответил Блэк.
Лили сама не знала, проиграла она или выиграла. Ей, честно говоря, было всё равно, кто вышел победителем. Она снова была счастлива.
Давно у неё на душе не было так светло.
Хорошее настроение не покидало Лили до конца дня. Вот в чём Поттеру точно не было равных, так это в умении устроить какую-нибудь дикую выходку, после которой даже предстоящая встреча с жутким чудовищем не казалась такой уж серьёзной.
В четыре часа гриффиндорцы, как было условлено, спустились в огромный вестибюль Хогвартса.
Признаться, честно, Лили практически не общалась ни с Дорказ Мероуз, ни с Марлин Маккинон. Конечно, прожив семь лет бок о бок, так или иначе сталкиваешься с людьми. Но с Марлин и Дорказ Лили предпочитала сталкиваться ровно настолько, насколько это было необходимо и ни на полминуты дольше. Открытой вражды между девушками не было, но и симпатии не наблюдалось.
Особенно не симпатизировали друг другу Лили с Марлин.
Марлин была яркая, бойкая блондинка с томными серыми глазами. Девушка пользовалась заслуженным вниманием противоположного пола, была умна, даже остроумна, так что если на Гриффиндоре кто-то и мог составить Лили конкуренцию, то только Маккинон. А в подобных случаях между девушками всегда возникает либо крепкая симпатия, либо стойкая антипатия. В данном случае, увы, имело место последнее.
Дорказ Мероуз? О ней Лили ничего плохого сказать не могла, кроме того, что она была лучшей подругой Маккинон.
— Явились, мальчики-девочки? — заполнил пространство басовитый голос Грюма. — Отлично! Сейчас я раздам каждому из вас порт-ключ, который перенесёт всех в одно условленное место. Там я подробно расскажу о предстоящей работе. Никакой самодеятельности, понятно?
Грюм подозрительно покосился в сторону Джеймса, Сириуса и Рема. Те изобразили вид оскорблённой невинности из серии: «Мы?! Да никогда!».
По очереди Грюм вкладывал в протянутые ладони различные мелкие предметы. Один за другим ребята исчезали в странном вихре, словно бы стирающем их из пространства.
Лили в качестве артефакта достался с виду обычный кусок мела.
Считалось, что при помощи порт-ключей перемещаться безопасней, чем самостоятельно аппорировать. Однако при аппорации у Лили никогда не возникало ощущения, будто её протягивают по трубе диаметром меньше её самой. Перемещение при помощи порт-ключей у неё явно нескоро будет в приоритете.
Они очутились в тёмной комнате, похожей на съёмную квартиру в дешёвом спальном районе.
— Ну, мальчики-девочки, присаживайтесь, — гостеприимно рыкнул Грюм. — Разговор предстоит не долгий, но какое-то время он, безусловно, займёт. Так что располагайтесь поудобней.
Судя по брезгливым взглядам, которые Марлин разбрасывала вокруг, перспектива засесть тут надолго нисколько не казалась ей вдохновляющей. Лили её понимала.
— Недавно в министерство слили информацию о том, что здесь, неподалеку, появился ругару. Вы-то все считаете, что ругару это почти как оборотень. Так?
Дорказ и Эдгар кивнули. Остальные хранили молчание.
