Такой ответ его удивил. Тоже искренне.
— То есть, ты прощаешь мне недопустимое поведение, хотя я его тебе не объяснил? — чуть нахмурившись, спросил виконт.
— Но ты же не хочешь мне ничего объяснять, так ведь?
В ответ он покачал головой.
— Значит, мне хватит извинений, — спокойно заключила я.
Моя покладистость его озадачивала.
— И ты не откажешься позавтракать вместе со мной? — в уточнении сквозило недоверие.
— Не откажусь, — с улыбкой ответила я.
Разговор натолкнул на мысль, что Эдвин привык иметь дело с капризными женщинами. Словно подтверждая эту догадку, виконт был подчеркнуто обходителен и вежлив. Даже сделал осторожный комплимент. Будто считал себя обязанным искупить вину, показать, что я не ошиблась, простив. Мои попытки придать беседе более открытый, дружеский характер, успеха не имели. Сближение Эдвина явно не интересовало. Виконт скупился на слова и не поддерживал выбранные мной темы.
Меня не покидало неприятное ощущение, что он не поверил ни в искренность моих извинений, ни в то, что я действительно простила.
Это обижало и раздражало. Не чувствуя доверия даже на таком уровне, я не видела смысла в общении и не навязывала свое общество. Время между трапезами проводила с книгами по артефакторике. Общаясь с вежливым Эдвином, была подчеркнуто мила и дружелюбна.
Несмотря на ограниченность тем. Несмотря на осознание того факта, что за два дня мы сказали друг другу едва ли полсотни слов.
Его вспышка оказалась лишь половиной беды. Хуже было то, что в его глазах мы помирились только на словах, оставили в сердцах обиды. Между нами росла пропасть, чувствовалось с каждым часом усиливающееся отчуждение. Не желая обременять Миньера собой, я обдумывала дальнейшие действия, продолжение пути в гавань. Назначила себе срок через три недели.
За ужином хотела озвучить свое решение хозяину.
Волновалась, думала, он будет возражать. Что побоится теперь отпустить меня, опасаясь, что меня поймают, а я выдам охотникам его убежище, пытаясь выторговать себе жизнь. Поглядывая на виконта, подбирала слова, уже почти собралась с духом, как магистр, случайно встретившийся со мной взглядом, заговорил.
— Кстати, хотел тебе сказать, что завтра рано утром уйду по делам, — низкий голос звучал бесстрастно, а движения мага оставались уверенными.
Внешне Эдвин был совершенно спокоен. Наблюдая только за лицом и руками, я бы ничего не заподозрила. Но я чувствовала эмоциональную составляющую его дара. Виконт сильно волновался, с каждой минутой укрепляя мою уверенность в том, что о делах Эдвина не должен был прознать Орден.
— Надолго? — уточнила я.
— Как получится, — небрежно повел плечом виконт. И,впервые за прошедшие дни посмотрев мне в глаза, добавил твердо и жестко: — Если не вернусь через три дня — уходи. Я дам коболам такие же распоряжения, как и прошлый раз.
Вопросов его поведение вызывало множество. Воображение рисовало опасности и погони. Тщательно скрываемое волнение мага передавалось мне, ускоряло пульс, вызывало легкую дрожь в пальцах.
Если бы наше общение не заморозила отстраненная вежливость, я бы осмелилась спросить Эдвина о делах. Но приставать к постороннему, в сущности, человеку была не вправе. Поэтому ограничилась пожеланием удачи и доброй ночи. Он поблагодарил и попрощался.
Проснулась среди ночи от холода. Натянув на плечи пуховое одеяло, поняла, что Эдвин ушел. С того момента в сердце поселилась тревога и ощущение скорой беды.
Заснуть не смогла. После пары проведенных без сна часов взяла из библиотеки роман и честно попробовала отвлечься. Судьбы выдуманных или некогда действительно живших в Кирл
Род Теновер, владеющий землями на западе страны, отличался от моего не только сравнительной молодостью, но и тем, что основали его военные, а не маги. В роду Теновер за его трехсотлетнюю историю вообще не было волшебников. Припомнившаяся давняя история до знакомства с Эдвином казалась мне значительно приукрашенной, если не выдуманной. Подозревала, мне, тогда шестнадцатилетней девушке, просто не рассказывали большую часть деталей. Молодой человек из магического рода влюбился в Беату Теновер, одну из красивейших девушек королевства. Она отвечала взаимностью, родители не возражали, и дело шло к закономерной свадьбе. Но в какой-то момент по совершенно непонятной причине маг и девушка исчезли. Одни говорили, маг выкрал Беату, другие, что влюбленные сбежали. Но обе эти версии казались несостоятельными из-за того, что препятствий для свадьбы не было.
