Ну и отлично, подумал Норман. То, что они обнаружили здесь, только разочаровало его. Перспектива провести еще семьдесят два часа в этом сжатом, вызывающем клаустрофобию пространстве, где они исследовали пустынный космический корабль, ему совсем не улыбалась.
— Я думал, — сказал Тед, — что у нас прямое указание от Президента.
— Да, — но возникла угроза шторма.
— Какого шторма? — спросил Гарри.
— Сообщают, что усиливается юго-восточный ветер, двигающийся со скоростью в 15 узлов. Похоже, что через двадцать четыре часа сюда придет тихоокеанский циклон.
— Здесь будет шторм? — спросила Бет.
— Не здесь, — уточнил Барнс. — Здесь, внизу, мы ничего не почувствуем, а на поверхности прямо над нами. Наши корабли поддержки должны будут отдрейфовать в Тонгу.
— И мы останемся здесь одни?
— Да, на двадцать четыре или сорок восемь часов. Это бы не беда — мы находимся на полном самообеспечении, — но Сполдинг нервничает из-за того, что гражданские лица будут находиться внизу при отсутствии поддержки наверху. Я хочу знать, что вы об этом думаете. Хотите ли вы остаться и продолжать исследования или покинуть дно?
— Остаюсь. Обязательно, — заявил Тед.
— Бет? — спросил Барнс.
— Я прибыла сюда для изучения неизвестных форм жизни, — ответила Бет. — Но на корабле нет никакой жизни. Я не говорю, что ее не может оказаться вовсе, но думаю, надо подниматься.
— Норман?
— Поглядим правде в глаза, — начал Норман. — Мы не подготовлены в должной мере для подводных исследований и мы не чувствуем себя здесь комфортно. По крайней мере, я. И вряд ли мы способны оценить этот корабль в должной мере. Здесь нужна команда подготовленных инженеров ВМС. Надо подниматься.
— Гарри?
— Оставить все к черту.
— Конкретные причины?
— Назовите это интуицией.
— Не могу поверить, Гарри, — сказал Тед, — что ты мог сказать это после той блестящей новой идеи относительно корабля…
— Теперь это неважно, — твердо произнес Барнс. — Я дал указание поднять нас на поверхность в ближайшие двенадцать часов.
— Черт побери! — выругался Тед.
Но Норман смотрел на Барнса и видел, что тот не кажется разочарованным. Он хочет подняться, думал Норман. Он ищет предлог, чтобы подняться отсюда, и мы должны найти его.
— Я бы мог сказать и похуже… — начал Тед.
— Довольно, Тед. Выбор сделан, можете пойти отдохнуть немного.
Едва они направились к своим койкам, Барнс остановил Бет:
— На пару слов, пожалуйста.
— О чем?
— Бет, прошу тебя, когда мы опять окажемся на корабле, не нажимай всех кнопок подряд.
— Я только зажгла свет, Барнс.
— Да,— но ты не знала этого, когда…
— Разумеется, знала. На кнопке было написано: «Комнатное освещение». Все было понятно.
Уходившие слышали, как Бет говорила:
— Я не ваш бесправный подчиненный, которым можно командовать, Гэл… — потом Барнс произнес еще что-то, и голоса смолкли.
— Черт! — сказал Тед и пнул в сердцах железную стену, которая отозвалась гулкой пустотой. Они прошли в цилиндр С, направляясь к койкам. — Не могу поверить, что вы хотите убраться отсюда, — сказал Тед. — Это же такое потрясающее открытие. Как вы можете уйти отсюда? Особенно ты, Гарри. Возможности только с точки зрения математики! Теория черной дыры…
— Я сказал тебе почему, — отозвался Гарри. — Я хочу подняться, потому что этого хочет и Барнс.
— Барнс не хочет подниматься, — возразил Тед. — Он поставил это на голосование.
— Это я знаю. Но Барнс не хочет, чтобы начальство думало, будто он принял неверное решение. Вот он и переложил решение на нас. Но я вам говорю, Барнс хочет подняться.
Норман был удивлен: математиков обычно воспринимают как людей, парящих в облаках, рассеянных и невнимательных. Но Гарри был начеку: он ничего не упускал.
— Но почему Барнс хочет подняться? — спросил Тед.
— По-моему, это очевидно, — пожал плечами Гарри. — Из-за шторма на поверхности.
— Но пока нет никакого шторма.
— Нет, — согласился Гарри. — Но когда он придет, никто не знает, как долго он продлится.
— Барнс сказал, что двадцать четыре или сорок восемь часов…
— Ни Барнс и никто другой не может предсказать, как долго продлится шторм, — возразил Гарри. — Что, если он продлится пять дней?
— Мы можем оставаться здесь в это время. У нас достаточно воздуха и топлива для пяти дней. Почему вы так беспокоитесь?
— Я не беспокоюсь, — ответил Гарри. — Но я думаю, что Барнс обеспокоен.
— Господи, да ничего же не случится! — воскликнул Тед. — Уверен, что нам следует остаться. — Но тут они услышали журчание. Взглянув под ноги, Они увидели, что покрытый ковром пол потемнел от влаги?
— Что это?
— Я бы сказал, что это вода, — ответил Гарри.
— Соленая вода? — спросил Тед, наклонившись и трогая темное пятно. Он лизнул палец: — На вкус не кажется соленой.
Где-то над ними голос произнес:
— Потому что это моча.
Подняв глаза, они увидели Элис Флетчер, стоящую на платформе среди переплетенных труб у самой закругленной макушки цилиндра.
— Все под контролем, джентльмены. Небольшая утечка в системе потери жидкости вследствие нарушения циркулирования Н2О.
— Потеря жидкости? — схватился за голову Тед.
