Несколько минут назад, пока они укладывали у входа вещи, в Порт вернулся с миссии отряд разведчиков. У одного из бойцов рука висела на перевязи, а у другого на лице запеклась кровь, небрежно размазанная. Ему помогали идти и вручную нацелили на медпункт. Увидев шаткую походку, товарищи вновь подхватили его и довели до красного круга. Глаза раненного были шальные, и Кир увидел, когда тот скользнул по нему взглядом, в их глубине затравленное сознание.
Раздался сгоняющий страх хохот бойцов вернувшегося отряда, оставшихся у входа: они не смогли пожать руку перебинтованному и это вызвало между ними шутку. «Первые люди» беззаботно поболтали с ними, тогда как Кир не мог сосредоточиться на разговоре, возвращаясь мыслями к пострадавшему бойцу. «К Мафусаилу пошли», – отвечал Саймо. «О-о, помню выдавил парня, как мокрую тряпку» – «Они бомбы собрали» – «Во, пусть их выдавливает!» Два командира посмеялись этому, хотя Кир воспринял высушенного парня и чудовищ, против которых требуются бомбы, как плохой фундамент для шуток. Однако это была рутина черты, к границам которой направлялся и он сам.
– Ну, тогда пошли, – скомандовал Саймо.
Они привыкли, и Кир привыкнет вместе с ними. Один за другим они вышли за ворота. Шаг Кира в общий ритм был спокойным, мысли стали ровными.
Укрепляя ощущение обыденности, мужчина в кухонном фартуке прокатил тележку, полную свежей дичи. Какие-то птицы: жирное тело, покрытое у хвоста чем-то вроде шерстки или совсем мелкого пуха, а у острой головы – черными мелкими перьями; длинные толстые крылья, вероятно, служили планированию, а не полету. На покрове виднелись более темные прогалины, пропаленные энергетическим зарядом. Одна из птиц вдруг дернулась, протянула крыло и с трудом подала скрипучий голос, взывая о помощи. Повар вытащил дубинку и привычным движением приглушил недобитую тушу.
Встреченный охранник пожелал «Первым людям» успеха. Все слышали о миссии отряда: беседы прерывались, когда они проходили мимо и вслед звучали сердечные напутствия. Они подошли к блокпосту, возле которого вместе с охранниками хохотал о чем-то Колодин. Увидев Кира, он поразился:
– И ты тут! – он не ожидал, что «Первые люди» потащат новичка на это задание. Тот заносчиво улыбнулся. – Ну удачи, удачи, – чуть потеплевших голосом проводил Колодин вчерашнего сопляка. Кир испытал некоторое смущение.
Когда они немного отошли от блокпоста, Колодин вдруг окликнул Ли и попросил отлучиться на несколько минут для помощи с орудием. Его голос был странно приглушенным, а сама просьба вызвала недоумение Саймо, но Колодин обещал, что не задержит бойца.
– Что он там задумал? – нахмурившись, пробасил Будер.
Саймо промолчал, но затем все же пояснил Киру:
– У них еще до Калама были свои дела. Мне это не интересно, главное, чтобы успел догнать.
Этот эпизод навел Кира на размышления о здешнем вооружении. Служба безопасности станции до катастрофы располагала исключительно нелетальными средствами усмирения нарушителей. Эффективность шокеров, парализаторов и психотронных установок была достаточно высока, но большая часть этого запаса хранилась в административном секторе и разделила его участь. Выжившие выкручивались, как могли. Оказавшиеся во владении Порта шокеры – стандартное оружие сотрудников охраны Шайкаци, которое можно было найти по всей станции, распределили между лучшими бойцами. Другим достались ножи и копья. Потом умельцы Цеха внимательнее присмотрелись к имевшимся в их распоряжении средствам мирного производства. Был выкорчеван первый резак, надежно перекрывший один из проблемных тогда коридоров.
С тех пор сумрачный цеховой гений значительно разнообразил арсенал Порта. Нагревательный элемент мог сжечь морду самого упорного хищника. Лазер пробивал любой панцирь. Рабочие без труда соорудили огнемет, справлявшийся с массовым набегом каких-нибудь мелких тварей. Не отставали и в Оранжерее, у жителей которой под рукой было немало медицинского оборудования, раскрывшего в тяжелые времена свое двойное назначение.
Саймо, разумеется, достался шокер. В Цеху его пересобрали, чтобы увеличить мощность. Это потребовало заменить часть деталей на более выносливые, поставить фокусирующий ствол, а также создать новые батареи на основе энергетических ячеек инструментов, применявшихся в ремонте кораблей. Насыщать их можно было от розеток, питавших оборудование в грузовом терминале. Так как большинство стволов в Порту были уникальны и пользовались нежной любовью владельцев, многие получили прозвища. Редким исключением был как раз этот шокер. Воображение Саймо, видимо, исчерпало себя на «Первых людях».
