– Привет. – На обветренных губах парня мелькнула слабая улыбка; он окинул меня оценивающим взглядом с ног до головы, а затем хмыкнул и слегка сощурился. – Чего желаешь, м-м-м? Что делаешь тут в такое раннее время?
– А ты со всеми клиентами так обращаешься? – с некоторым возмущением спросила я.
– Со всеми. У нас нет строгого кодекса. К тому же милым дамам коктейль за мой счет. – Лешка подмигнул и принялся протирать бокал на тонкой ножке.
– Я видела эту фразочку на твоей страничке. Не узнаёшь меня?
– А должен? – Он поставил бокал передо мной и удивительно дружелюбно хохотнул. – Тебе чего налить?
– Безалкогольное.
– Нет восемнадцати? – Его голос стал тише.
– Это неважно. – Я скрестила на груди руки. – Я Настя.
– Эм…
Было очевидно, что так сразу он не вспомнит, тем более внешне я изменилась, но чтобы так…
– Настя. Максим. Саша. Аня. Рома. Егор. Давай, напряги мозги.
Мне было немного страшно и неловко. Я понимала: я на чужой территории. В случае чего бежать некуда, спрятаться тоже негде. Поэтому я решила брать напускной борзостью и легкой грубостью.
– А… – Выражение лица парня в момент изменилось. Он посерьезнел и чуть нахмурился. – Я тебя не видел очень давно. С твоего последнего дня в школе.
– Это точно… – Расслабившись, я потерла шею. – Нам нужно поговорить.
– О чем?
Вероятно, Лешка гадал, что мне известно, думал, что можно сказать, а что нет. Взгляд его был подозрительным, изучающим и немного… сочувственным?
– Расскажешь мне… кое-что? – Короткая пауза. – Слушай, давай не здесь, пожалуйста. Мне не нравится, что на меня косятся люди, ведь я действительно выгляжу младше допустимого. Еще этот охранник.
Он понимающе усмехнулся и едва заметно кивнул, выходя из-за стойки, мол, пошли за мной. Я оказалась в подсобном помещении, а затем в лифте, только менее роскошном, чем гостевой. Здесь все выглядело совершенно обыкновенно и витал запах чего-то тухлого.
Мы спустились и вышли на задний двор центра. Вот еще одно напоминание: все не так, как кажется на первый взгляд. Привлекательный и безумно интересный торгово-развлекательный центр совершенно безлик и зауряден сзади. Никто, видимо, не захотел раскошеливаться на всякую красоту и ее поддержание здесь, на задворках.
Леша отошел к высокому забору, достал из кармана фартука пачку сигарет «Мальборо», зажигалку и закурил, глубоко-глубоко затягиваясь, вдыхая дым практически полной грудью.
– Так что ты хотела узнать? И почему они сами тебе не говорят?
Мне казалось, он знает намного больше, чем показывает.
– Потому что возникли некоторые разногласия. – Я опустила взгляд в землю и обняла себя за плечи. В этом месте гулял ощутимый сквозняк. – А мне нужно знать.
– Зачем?
– Чтобы помочь им.
Пауза перед ответом дала понять, что это не истинная причина моего интереса. Леша выжидающе на меня посмотрел, сводя брови к переносице.
– И защититься.
– От чего тебе защищаться?
– Я надеялась, что ты мне скажешь.
Он ненадолго замолчал и прислонился спиной к забору.
– Я не знаю.
– Да брось. Это же очевидно, что ты знаешь.
– С чего вдруг?
– С того. Скажи. Леш, пожалуйста. – Я посмотрела в его глаза. Видимо, эта работа требовала такой экстравагантности, что он даже носил линзы. Ярко-зеленые.
– Мне нечего тебе говорить. Не лезь в это. Не ввязывайся лучше, ок?
– Во что «в это»? В наркотики? Я права?
– Неважно. Просто живи себе спокойно, и все. Пеките с бабушкой свои пироги, ага.
– Ты откуда знаешь про пироги? – Я хмыкнула и поежилась, покрываясь легкими мурашками.
– Твоя бабуся ими иногда делится. Знаешь, мои любимые – с вишней и клубникой.
– Отлично, я ей передам. Так… Что, ты расскажешь мне хоть что-то?
– Нечего говорить. Я ничего не знаю, а если знаю, то это никак не связано ни с Максом, ни с Сашкой, ни с кем, понимаешь?
– Не связано, говоришь? – Я решила достать из рукава небольшой козырь. – А то, что ты передавал им вечером за продуктовым? Сколько тебе заплатили? А главное – за что?
– Насть. – Лешка повернулся ко мне, взял за плечи и легонько встряхнул. – Это совсем не детские шуточки. Не покупка сигарет в супермаркете. И даже не покупка бухла.
– Я поняла. Так что это? Чего мне остерегаться?
Он замолчал. Орешек оказался не обычный, а будто бы стальной, непробиваемый. И моей убедительности было недостаточно. Я ощутила нарастающую панику. Несмотря на мнимый козырь в рукаве, я не смогла использовать его. Бесполезная пустышка.
– Пожалуйста…
– Нет. – Лешка не уступал. И все же в его глазах поселился странный огонек подозрения и взволнованности. Его взгляд уперся в мою макушку, а затем медленно уплыл в небо. Казалось, он серьезно над чем-то задумался.
Неизвестно зачем мы простояли там еще несколько минут, за которые я успела замерзнуть – разница между «спереди» и «сзади» центра была кардинальной. Леша заметил это и, взяв со вбитого гвоздя растянутую черную толстовку с изображением Мэрилина Мэнсона, протянул ее мне.
– Держи, согреешься. Курточка, названная в честь зеркала русской революции, всегда поможет.
– Было бы неплохо, если бы мне не только эта курточка помогала… – Я застегнула толстовку и облизнула пересохшие губы.