В этот раз у меня не было возможности участвовать в Торжественном собрании по случаю Праздника весны и, находясь в номере шанхайской гостиницы, я мог только догадываться о той атмосфере общей радости, в которую погружены руководители партии и государства, а также мои пекинские друзья, работающие в разных областях. На таких торжественных собраниях некоторые почитают за высшую честь пожать руку руководителям страны. После этого счастливчики бегут на свое место, и все, кто сидит рядом с ними, поздравляют их и говорят, чтобы они ни в коем случае не мыли руки, когда вернутся домой, и тогда «счастливая судьба» Праздника весны останется с ними. Вдруг за этими столами все начинают радостно смеяться. Это очень интересно. Однако у меня по сравнению с другими больше возможностей организовать для себя содержательное времяпровождение: когда все торопливо бегут жать руки руководству, я стараюсь пересечься с несколькими старыми руководителями ЦК КПК, которых с большим трудом можно встретить один-два раза в год. Часто они являются моими соратниками по писательскому цеху. В это время у меня радостно на душе, потому что старые руководители, обладающие большим авторитетом и известностью, такие же искренние и чисто сердечные, как и молодые авторы, только начинающие свой путь на литературном поприще. Диалоги со старыми соратниками – это для меня особое вознаграждение за участие в Торжественном собрании.
В 2020 году я лишился его из-за распространения коронавируса нового типа COVID-19. А что же он тогда отобрал у полуторамиллиардного населения Китая? Множество человеческих жизней и счастье многих семей. Кроме того, коронавирусная инфекция нового типа ввергла всю страну и весь народ в тяжелейший кризис.
В момент начала Торжественного собрания, посвященного встрече Праздника весны, а было это в десять часов утра, Ухань уже полностью и официально закрыли на карантин. Позже мы узнаем, что первой с требованием закрыть город выступила академик Ли Ланьцзюань из Медицинской школы Университета провинции Чжэцзян. Эта мягкая, хрупкая женщина, которая семнадцать лет назад, во время эпидемии атипичной пневмонии, занимала должность начальника Медицинского управления провинции Чжэцзян, обладает поистине несгибаемой волей, редко встречающейся даже у самых мужественных представителей сильной половины человечества. Закрыть город, закрыть его обязательно! Только так можно изолировать источник заразы и предотвратить массовые трагедии! Нельзя медлить ни минуты! Больше нельзя оттягивать, каждый час промедления может создать в Ухане и даже во всей стране еще более тяжелую эпидемиологическую ситуацию!
Только потом мы узнали, что 18 января академики Чжун Наньшань, Ли Ланьцзюань и несколько ведущих специалистов-инфекционистов прибыли в Ухань. Ситуация, с которой они столкнулись в больнице «Тунцзи», уже приобрела ужасающий характер, поэтому и появилось короткое, ошеломившее всех предостережение академика Чжун Наньшаня: вирус передается от человека к человеку.
22 января академику Ли Ланьцзюань позвонили из Комитета здравоохранения провинции Чжэцзян и сообщили, что большое количество людей должно вернуться из Уханя в Чжэцзян, и это не только может привести к возникновению второй волны инфицированных, но и вызвать локальную эпидемию.
Как действовать дальше? «Закрыть город на карантин!» – такую решительную рекомендацию дала хрупкая Ли Ланьцзюнь в докладе вышестоящему руководству.
В десять часов утра 23 января Ухань был закрыт на карантин. Это своевременное и эффективное решение приняли ЦК КПК и Госсовет КНР.
Конечно, первое в истории закрытие города стало для всех уханьцев очень серьезным ударом, и не важно, касалось ли это повседневной жизни, помех в путешествиях или душевного настоя всех жителей города.
Я не помню, применялись ли карантинные меры во время эпидемии атипичной пневмонии в Пекине. По моим ощущениям, тогда еще не существовало такого понятия, как «закрыть город», просто люди из других мест не пускали к себе жителей Пекина, да никто и не стремился сбежать из столицы!
23 января в десять часов утра прекратил движение весь общественный транспорт Уканя: метро, паром, автостанции – всё было полностью закрыто. Транспортные артерии, соединяющие Ухань с вокзалами и аэропортом, одна за другой прекращали свою работу. Из трех уханьских железнодорожных вокзалов можно было выходить, но внутрь никого не пускали. Многие пропускные пункты на скоростных магистралях также были закрыты. Журналисты увидели на уханьских вокзалах пустующие залы ожидания, без единого человека, тогда как обычно в это время их заполняла клокочущая толпа – это был пик новогодних перевозок. Залы прибытия тоже были пусты. На всех вокзалах минимум раз в день проводились мероприятия по обеззараживанию, весь персонал ходил в масках.