Так что от идеи сделать семейное колдофото так или иначе пришлось сразу отказаться и воспользоваться тем, что было общедоступным и повсеместно распространенным — маггловской фотостудией. Визит в неё произошел эпохально и запомнился Снейпам навсегда… Итак, собрались, нарядили мальчиков: Аргуса в белую чистую рубашку, Северуса в серую футболку, с трудом уговорив не надевать черную. Полли переспорить никому не удалось, малявка настояла на своём и пошла фотографироваться в сине-клетчатом пончо. Мелкую Колин облачили в традиционную младенческую экипировку — распашонки-ползунки, а Эйлин надела яркое цветастое платье, длинное и элегантное. Один Тоби выглядел деревенским простачком в своём невыразительном темно-коричневом спортивном костюме.
В фотосалоне к визиту семьи отнеслись со всем почтением и, обсудив детали, предложили подходящий случаю интерьер, то есть угловой диван с подушками. На котором всем удалось разместиться и ужаться для попадания в объектив камеры. Вот тут-то и начались проблемы…
Тоби, как самый крупный, был размещен сразу с тремя детьми в обнимку, Эйлин примостилась на боковом пятачке дивана, каким-то чудом расположив на коленях Полли. Таким же чудом она сохранила милое выражение лица, в то время как остальные запечатлелись чисто произвольно: Полли замечталась и не посмотрела вовремя в объектив, Северус превратился в оленёнка и смотрел неотрывно, Аргус испугался фотокамеры и едва сдерживался от истерики, зато вовсю истерила Колли, уложенная на колени папы и ощущающая явный дискомфорт, она вдохновенно орала всё время съемок. Увы, голосила двухнедельная малышка очень громко, так что простим папу за бесценное выражение лица, с которым он стойко держал всех троих детишек.
Зато как была рада Эйлин, когда получила семейное фото и увидела лик родного Тоби, это её так умилило, что она кинулась к мужу и расчмокала всё его лицо. Ласкала щеки, губы, целовала глаза и нежно приговаривала, что он дорогуша и лапушка, солнышко и счастье, спасибо ему огромное за такую прекрасную фотографию, ведь она станет самой любимой и драгоценной вещью в её жизни!
А вот Полли, наоборот, расстроилась: её чудесное сине-полосатое пончо на фотографии почему-то стало черным с серыми полосочками.
— Синий цвет мой любимый, мне не нравится фотография, давайте вернемся обратно и перефотографируемся! — вопила она несколько часов кряду, отчаянно топая ногами.
Пришлось Тоби искать свой фотоальбом и показывать дочке старые фото своих родителей. Только так он сумел доказать, что повторное фотографирование ситуацию не изменит, что фотографии так и будут делаться нецветными, а со временем они и вовсе порыжеют, как вот эти… Девочка смотрела, вникала и куксилась, её глаза то и дело увлажнялись слезами, которые чуть не проливались, но, услышав папино «а вот так выглядел я в твоем возрасте», шмыгала носом и, сдержав слезоразлив, внимательно рассматривала пучеглазого мальчишку, не сопоставляя его, впрочем, с папой. Для неё папочка уже был вот таким: большим и сильным, красивым, добрым и любимым, а не вот этим вот, незнакомым пучеглазым пацаном…
Как бы там ни было, но фотография сохранилась, заняв почетное место на каминной полке в гостиной. А в семьдесят восьмом году к ней прибавились ещё две. Цветные, яркие, студийные, снятые на третий день рождения Колли. Аргусу на фото уже одиннадцать, смотрит он спокойно и уверенно, восьмилетний Северус, напротив, сияет, как начищенный медный кнат, Полли, строго-важная, стоит рядом с Колин, которую для такого случая поставили на табурет. Это панорамное фото. А вот другое, на нём дети поставлены друг за другом, Колли, как самая младшая, расположена в центре за Аргусом, сбоку от неё Полли и позади всех — Северус. Всё тот же, счастливый и сияющий.
Конечно, это не единственные фотокарточки, их было намного больше, просто они — самые любимые и значимые.
Детство Снейпов. Каким оно было?.. Одно известно точно: оно было счастливым. Безоблачным. Радужным, как панорамное студийное фото. Вот почему эта фотокарточка стала самой любимой для Полли и Северуса, Аргуса и Колли.
Итак, прошло чудесное одиннадцатое лето. Давно приготовлены мантии и учебники, купленные в торговой части Хогсмида, подрос и косился на клетку совёнок, приобретенный ещё с весны у Хагрида, а Аргус, с нетерпением поглядывая на последний летний лист календаря, торопливо переоделся в пижаму, чтобы поскорее лечь в постель, заснуть и проснуться учеником Хогвартса. Завтра! Завтра-завтра-завтра! Завтра он наконец-то полетит на корабле!
