Шато полностью

Я вижу по ее лицу, что она поняла. Конечно, она поняла не все. Она слишком глупа, чтобы разобраться в чем-то, даже если это происходит прямо у нее перед носом. Но она нашла записку, и она догадывается по моему поведению, по моим словам. Я больше не притворяюсь. Я сорок лет делала это и очень от этого устала. Однако Дарси по большей части в неведении. Так что мне придется ей помочь.

– Возможно, тебе захочется заглянуть в корзину, – предлагаю я.

На ее покрытом пятнами лице появляется некое подобие вызова. Она похожа на мать-ежиху, сражающуюся со львом. Сопротивление бесполезно. Она это знает, и я это знаю. Лев всегда побеждает ежа.

– Я не собираюсь ничего делать, пока ты не скажешь мне, убила ли ты мою бабушку. И я видела, что в корзине. Окровавленная одежда. Перчатки. Мешок улик, без сомнения указывающих на тебя. – Она, задыхаясь, ставит мне условия, будто у нее есть преимущество.

Я медленно вынимаю левую руку из-за спины. Она прищуривается.

Да, у меня в руках пистолет, и он направлен на Дарси. Я не дурачусь.

– Загляни в корзину, – приказываю я. – Посмотрим, что там есть. Под пакетом, который ты называешь уликами.

Краска отхлынула от ее лица, теперь оно серое, как грозовые тучи или надгробия на кладбище. Она лихорадочно роется в корзине и медленно достает конверт, спрятанный на дне.

Я вижу, как ее глаза расширяются, пока она разглядывает его.

«Pour ma chère amie, Sylvie»[79].

– Ты… – Ее голос дрожит. Я понимаю ее реакцию.

– Да, – киваю я, потому что теперь ее губы беззвучно шевелятся. – Да, я ударила свою бабушку по голове. Я ужасно не хотела этого делать. Но, видишь ли, я должна была так поступить, чтобы забрать письмо до того, как она его прочтет. Ты скоро поймешь.

– Ты… ты… ударила свою собственную бабушку по голове. Ты…

– Да, я, я, я. И я хочу, чтобы ты знала: в конечном счете в этом виновата Серафина. Перед тем, как я убила ее, за день до этого, я потребовала, чтобы она отменила свой ужасный план. Но она отказалась. Так что ответственность за все, что мне пришлось сделать, чтобы заполучить письмо, лежит на ней. И к тому же, Дарси, ударила – это такое агрессивное слово. Я вывела Mamie из игры всего на несколько минут, этого времени хватило, чтобы украсть конверт и сбежать. С ней ведь все в порядке. Хотя, говоря это, я чувствую некую вину. Я никогда не хотела причинить боль Mamie. Конечно же нет. Несколько недель назад мы с Серафиной обедали, и она сообщила мне о своем плане, одновременно предупредив, что написала письмо Mamie. Что, если с ней что-нибудь случится, это письмо все равно будет отправлено. Она явно пыталась напугать меня, остановить, и не поняла, что тем самым лишь предупредила.

Теперь я раздражена. Я машу пистолетом и подхожу ближе к своей подруге. Подруга. Это слово наполнено значением, но вряд ли его достаточно, чтобы описать, кем мы с Дарси на самом деле являемся друг для друга. Ей нужно понять все это раз и навсегда. Дарси пытается отодвинуться от меня, от пистолета, но упирается в стену. Спрятаться негде. Больше нет.

– Читай! – приказываю я.

– Что? – Слезы текут по ее щекам.

– Прочти письмо. Больше никаких секретов. Разве ты не этого хотела?

Ее пальцы не двигаются. Похоже, ее мозг отключился. Она больше не контролирует свои конечности.

Я опять должна все делать сама!

Я выхватываю у нее лист, направляя на нее пистолет. Я прошла через все это – о, через столько всего! – не для того, чтобы предоставить ей хоть малейшую возможность дать мне отпор. Нет. Я уничтожу ее, чего бы мне это ни стоило.

Я засовываю письмо между ее пальцами.

– Читай, – приказываю я снова. Боже, как приятно быть самой собой. Это как снять костюм на Хэллоуин, в котором я потела годами.

– Ты убила Grand-mère? – спрашивает она, кажется, в десятимиллионный раз, хлюпая и вытирая рукавом платья свое залитое слезами лицо.

– Да. Я убила твою бабушку. – Я стону. – Ты слишком медленная, Дарси. Возьми себя в руки, соберись наконец! Вруби мозг!

Я делаю глубокий вдох, пытаюсь успокоиться. Вполне естественно, что после стольких лет, после всех планов мне не терпится приступить к финалу. И все же я говорю слишком громко. Эта комната изолирована, но после ремонта стала меньше, а деревянная дверь гораздо тоньше прежней. Она сделана не так, как раньше! Вот почему я попросила Джейд поменяться со мной комнатами, когда мы приехали. В маленькой комнате у лестницы слышен шум из этого помещения. Я знала, что Дарси в конце концов обнаружит его. Очень рассчитывала на это.

И если бы она этого не сделала, я намеревалась приволочь ее сюда под дулом пистолета. Так или иначе, все должно было закончиться здесь.

– Читай, – требую я. – Черт возьми, читай!

– Ты… ты… – Теперь у нее стучат зубы. – Ты убила ее ножом.