— Извини, приятель, но мне тоже нужны доказательства. Слишком много народу пыталось обмануть нас с Оташем.
— Я не сказал великому шоно всей правды, — вздохнул Сармас.
— Что ещё за вся правда?
— Признаюсь, я немного испугался. Не каждый день я общаюсь с самим великим шоно. И я ведь хорошо помню, что было десять лет назад, когда жители моего поселения попытались пойти против него. Помню я и горящие дома, и погибших сиваров.
— Не тяни кота за хвост, говори, — потребовал Юрген, а хозяин как раз поставил на стол тарелку с горячей отбивной.
— Голос рассказал мне не только о своих сокровищах. И не только о том, что он хочет передать их великому шоно. Нугай говорит, что великий шоно погибнет, если откажется от этого наследства.
— Что за чушь? — возмутился Шу. — Ты считаешь, я в это поверю?
— Не знаю, — ответил Сармас. — Я только передаю чужие слова.
— Тебе самому не кажется это бредом? Какой-то покойник решил отдать свои сокровища Оташу, а если он откажется, то погибнет. Это как?
— Говорю же, не знаю. Думаешь, я знал, что делаю, когда меня посреди ночи разбудил собачий лай и я пошёл искать этого пса, потому что он мешал мне спать. В итоге я нашёл собаку и отвёл какому-то старику, которого я видел первый раз в жизни. Я не выбирал эту судьбу. Мне самому тяжело. Но Нугай не успокоится, пока великий шоно либо не заберёт его сокровища, либо не погибнет. Я всего лишь хочу как лучше.
— Бред, — повторил Юрген. Мясо почему-то встало поперёк горла. Допив вино, он бросил на стол деньги, попрощался с Сармасом и покинул таверну.
Вернувшись во дворец, Шу хотел сразу же пойти к Оташу, но по дороге его трижды отвлекли, потому что всем: от слуг до министров, как назло, был нужен визирь. Когда Юрген наконец зашёл к покои великого шоно, то находился в ещё более отвратительном расположении духа, чем после разговора с Сармасом.
— Я всё знаю, — проговорил Шу.
— Хорошо, — ответил Оташ, отрывая взгляд от бумаги, которую он читал. — Сколько будет пятьсот восемьдесят два помножить на триста двадцать четыре?
— Чего?
— Ну, ты же сказал, что всё знаешь.
— Я имел в виду ту историю, которую поведал тебе Сармас. Арифметика не моё, ты же знаешь.
— А кто убеждал меня, что был отличником по всем предметам?
— Так я был. Но устный счёт я уже позабыл. Так ты отказал Сармасу?
— Конечно. Или ты думаешь, я ему поверю?
— Но, Таш, всё, что он до сих пор говорил, оказывалось правдой.
— Это не отменяет того, что он, скорее всего, мошенник.
— Тут я не спорю, но если всё было правдой, то почему не признать, что история про сокровища тоже может оказаться таковой? Я не убеждаю тебя в том, что Сармас слышит голоса, это вряд ли. Но он явно получает от кого-то информацию.
— Послушай, эне, я предложил отправить людей на поиски этого кургана, так Сармас замахал руками и заявил, что я отправлю их на верную смерть, потому что, видите ли, покойник завещал свои сокровища только мне, а остальных он убьёт по дороге. Вот и скажи мне, зачем Сармасу нужно, чтобы я сам туда пошёл?
— Таш, а тебе самому не любопытно?
— Что именно?
— Ну, пойти на поиски этих сокровищ. Как в старые добрые времена. Помнишь, как мы искали клад в Уасете? Или как ходили за колесом солнца в горы?
— Это трудно забыть, как и то, сколько раз наши жизни подвергались опасности.
— Вот только не говори, что не повторил бы всё это, если бы можно было повернуть время вспять.
— Не скажу. Повторил бы.
— Так что нам мешает?
— Что?
— Повторить. Таш, давай пойдём искать эти сокровища.
— А что если Сармасу зачем-то нужно выслать меня из Шаукара? — спросил Оташ.
— Здесь останутся Наран, Карсак, Алтан и Бальзан. Думаешь, они не справятся в случае чего?
— Но мы не можем пойти вдвоём. Великий шоно и визирь не могут отправляться в поход без охраны. Я сам против этого, но я понимаю, что это вынужденная необходимость.
— То есть ты согласен пойти? — оживился Юрген.
— Нет, я пока этого не говорил, — ответил Оташ. — Вот скажи мне, дались тебе эти сокровища?
— Дворец надо на что-то содержать. Налогов и дани может быть не достаточно. А жалованье министрам?
— И особенно визирю.
— Но ты же сам понимаешь, что эти деньги не из воздуха берутся. Лишний клад казне не помешает.
— Но если мы оставим Алтана и Бальзана здесь, то кто поедет с нами? Кого из стражников ты предлагаешь взять?
— Это ведь не очень далеко?
— Нет, но местность там глухая. Я лично там никогда не был, и вообще тот берег Шаукара всегда считался диким и опасным.
— Ну, мы можем взять кого-нибудь из ребят, служащих в охране наших покоев. Пары будет достаточно.
— Сто восемьдесят восемь тысяч пятьсот шестьдесят восемь.
— Ты заговариваешься?
— Это ответ на пример, который я тебе дал в самом начале.
— Так мы идём на поиски сокровищ? Ну же, признайся, что сам этого хочешь!
— Манипулятор.
— Да я не отрицаю, — улыбнулся Юрген. — А пока мы будем искать курган, Альфред и Элинор окончательно разберутся в деле Сармаса и выяснят, откуда он такой умный.
Когда через день, собрав свою дорожную сумку, Шу вышел на улицу, то с удивлением обнаружил, что слуги вывели пять лошадей.
