Самостоятельно перенести брата в экипаж я не могла, поэтому отправилась на поиски хозяев. Перед этим проверила Егора. У него на щеках уже появился румянец, а порез больше не кровил. Между тем, амулет израсходовал львиный запас энергии. Предположу, что она ушла на устранение внутреннего кровотечения и исцеление поврежденных органов. Тварь знала, куда бить. Сдохла, так ей и надо!
– Потерпи немного, – я пригладила непослушные вихры мальчишки, – скоро будешь, как новенький.
Как бы ни было противно, а я пересилила себя, чтобы обыскать тела убитых. Хотя бы поверхностно, чтобы снять те же целительные амулеты. Да и защитные не повредят. Егорку уберегут от беды при случае, и мне дополнительная страховка. Как показала практика, родовой щит не панацея от внезапного нападения, и не способен долго сдерживать противника. Припомнив, как активно работали маги, зажавшие меня в угол, обыскала их более тщательно. Наградой стали дымчатые кристаллы в серебряной оправе.
Так я скоро обзаведусь ожерельем из амулетов и обвешаюсь ими как елка. Однако и расставаться с ценными вещичками не хотелось, вот и придумала маленькую хитрость. В моем чудо-кошелечке для денег уже хранился сундук с золотом. Неужели не хватит места для парочки-другой подвесок? Амулет Нины, кольцо Разумовской, Хо`шен, два накопителя, защитный и целительный амулеты по очереди опустила в кошель и плотно затянула его у горловины. На виду остались две кожаные веревочки, которые я обвязала вокруг шеи. Со стороны выглядело убого. Никому и в голову не придет, что в потертом кошеле хранятся такие ценности. Чуть подумав, и кинжал отправила туда же.
Теперь пора и с хозяевами пообщаться. Спустилась на первый этаж обезлюдевшего постоялого двора, обошла кухню, зал, другие жилые комнаты – ни души. Вышла во двор, где ожидал приятный сюрприз. Десяток скакунов, брошенных без присмотра, а за воротами крытый экипаж, запряженный двойкой взмыленных лошадок. Пустующее место возницы натолкнуло на мысль, что Регина Андреевна вряд ли сама сидела на козлах.
– Эй, ты чего сюда забрался? – я обнаружила перепуганного возницу внутри экипажа.
– Так боярыня приказала, чтобы спрятался, – настороженно выглянул наружу мужик со светлой кучерявой бородкой. – А где она сама?
– Велела передать, что останется тут, пока обернешься до Белозерска, – придумала с ходу, не желая говорить, что боярыни больше нет. – Раненый у нас, собирайся живее.
– А чего так далеко? Карминск ближе выходит. Там доктора найдем, – возница осмелел, сообразив, что одинокая девчонка опасности не представляет.
– В Белозерск поедем! – припечатала тоном, не терпящим возражений.
А чтобы не расслаблялся и не сомневался в моем праве распоряжаться, проявила родовую печать. Другое дело, что сама не уверена, нужно ли нам в этот город? Однако мне даже совета спросить не у кого. Кроме того, что надо убираться поскорее, никаких мыслей не возникало.
– В Белозерск, так в Белозерск, – стушевался мужик. – Как скажете, боярышня. Только лошади не выдержат длинного пути, обиходить надо бы, как следует, накормить и отдыху дать.
– Вот из этих выбери, – кивнула на слоняющихся по двору животных. – Прежним хозяевам они уже не понадобятся.
– А чего так? Не шутите, боярышня? – насторожился возница.
– Идем, поможешь раненого перенести. Там и увидишь, что правду говорю, – позвала его за собой, направляясь обратно к дому.
Погром, кровища и десять трупов произвели на мужика неизгладимое впечатление. Позеленел весь и опрометью бросился из комнаты опорожнить желудок.
Мда, а я привыкла уже, что ли?
За время моего отсутствия Егорка пришел в себя. Подполз к Игнату и тщетно пытался привести его в чувство. Завидев меня, просиял щербатой улыбкой.
– Боярышня! Я уж спугался, шо энти супостаты победили. А энто вы змеюку порешили? У, тварь подлючая! Думал, убила насовсем. Я вот ни на минуточку не сумлевался, что вы с гангреной понколодной управитесь. Барин наш только плох, не отзывается совсем.
– Ничего, Игнат скоро поправится, – заверила я мальчонку. – Ты пока пройдись, собери съестного в дорогу. Хозяева разбежались, никого в доме нет. А мы с… – обернулась на мужичка, который смотрел на меня огромными как блюдца глазами. Неужели решил, что трупы моих рук дело? – как вас зовут, уважаемый?
– Гаврила Силантьевич я, – промямлил тот, гулко сглотнув, – а что тут случилось-то?
– Да вот, остановились на постой. А ночью тати лихие явились, пришлось защищаться. Нам лучше убраться отсюда побыстрее, пока их дружки не спохватились, – поторопила я возницу.
Тот закивал яростно и, сторонясь мертвых, подошел к Игнату. Взгромоздил его на плечо, крякнул, согнувшись чуть не вдвое, однако же потащил брата к выходу.
В дорогу я прихватила парочку одеял, матрас, который расстелила на широкой скамье экипажа. Сложно было втащить Игната внутрь, а дальше я уже занялась тем, чтобы расположить его поудобнее. Возница спешно перепрягал лошадей. Убедившись, что у них теперь нет хозяев, он испросил разрешения забрать животных с собой на подмену.
