Невесомая, легкая и безмятежно спокойная. Желая соприкоснуться с удивительной силой, я сама потянулась к женщине. Но ей хватило одного взгляда, чтобы напомнить о предупреждении и той судьбе, что уготована магам с таким редким даром. Рука повисла безвольной плетью. У меня и так проблем выше крыши, зачем же добровольно обрекать себя на одиночество? Разумовская кивнула с одобрением и медленно истаяла, серебряными брызгами осыпавшись на лепестки. В последний момент одна из таких брызг попала на лицо и впиталась в кожу. По телу разлилась невероятная легкость, и я отчетливо ощутила злорадство, исходящее с темной стороны.
– Анна? – повернулась к другому источнику.
Нет, сама Тьма смотрела ее глазами. Женщина вновь протянула руку, зазывая к себе.
– Мне нужно знание, как помочь Игнату, и только! – предупредила на всякий случай и вновь коснулась жгучей ладони госпожи Далиани.
На этот раз я была готова и даже не поморщилась, когда внутрь хлынула темная энергия. В магическом зрении она распространялась как какой-нибудь опасный вирус, наполняя чернотой разветвленную систему энергетических каналов. Тьма, наверное, расползлась бы по всему телу, но ее сдерживал самый надежный барьер – моя родовая сила. Я отчетливо почувствовала недовольство, исходящее из темного источника, и губы сами собой расплылись в самодовольной ухмылке. Разумовская, если я правильно поняла, поделилась толикой дара, открыв доступ к чужим эмоциям. Уже этого достаточно, чтобы понимать, кто перед тобой, друг или враг. Тьма сама по себе не источала враждебность, как это показалось вначале, но ее стремление властвовать и покорять ощущалось каждой клеточкой. Обещание невероятного могущества затрагивало потаенные струны души, разжигало алчность, раздувало самооценку и ощущение собственной исключительности, превосходства над смертными.
Искушение тьмой оказалось так велико, что я едва не поддалась ему. Вовремя отрезвило вмешательство Гектора, который умудрился проникнуть в сон и отвлечь громким хлопаньем крыльев. С усилием, превозмогая себя, я отдернула руку и с негодованием посмотрела на птицу.
– И зачем помешал? – я насупилась. – Тьма одарила бы таким могуществом, что мы расправились бы с любыми врагами.
– Кар-р! – зазвенело в ушах так громко, что я проснулась.
Оглядевшись по сторонам, поняла, что нахожусь внутри экипажа, рядом лежит Игнат, а снаружи мерцают отблески догорающего костра. Закутавшись в одеяло, выбралась и направилась к вознице, сидящему на стволе поваленного дерева.
– Идите спать, я подежурю, – толкнула мужичка за плечо, отчего тот всполошился спросонок.
Узнав меня, пробормотал что-то в оправдание, а после, пошатываясь, побрел к охапке сена, накиданной между широких колес нашего транспорта. Потеснив Егорку, он завалился спать.
Я подкинула сухих веток в костер, присела на бревнышко и задумалась над тем, что увидела во сне. Оба источника олицетворяли внутренний мир магов, служили отражением душ, заточенных в артефакте. Что будет, если окунуться в такой источник? Это ведь чистая сила, справиться с которой дано не каждому. Если бы не Разумовская и Гектор, я бы не удержалась от соблазна. Вот что пугало по-настоящему! Регина Андреевна поделилась малой частью дара, и он, несомненно, пошел на пользу. Анна же намеренно заманивала в темные сети щедрыми обещаниями, польстившись на которые легко потерять себя. Отсюда следовал главный вывод: никогда не брать больше того, с чем способна совладать.
Тьма все-таки поделилась знанием, хоть в этом не обманула. Игнат загибался от банального темного приворота, которым Анна привязала его во время близости. Для излечения требовался темный алтарь и жертва, на которую переносился приворот, и та погибала вместо привороженного. Облегчить состояние брата я могла уже сейчас, надо только поискать нужные травки в лесу и приготовить отвар. Марьяна Никитична, няня Нины, рассказывала девочке о травах, учила понемногу премудростям зельеварения. Да и собственных скудных познаний хватило, чтобы отыскать мухомор, найти древесного червя, поймать ящерку и позаимствовать у нее хвост. Календула в избытке росла на полянке, а родниковую воду мы набрали накануне. Пришлось повозиться, чтобы растереть ингредиенты в порошок, а потом еще поломать голову, припоминая количественное соотношение компонентов на одну порцию. В общем, получилось нечто дико пахучее и, подозреваю, противное на вкус.
– Надеюсь, я ничего не напутала? – обратилась к ворону, который сидел на ветке ближайшего дерева и наблюдал за экспериментом. – Эх, лишь бы хуже не сделала!
Я перелила получившийся отвар в кружку, промыла и прокалила над огнем котелок, в котором еще завтрак готовить, и направилась к брату. С осторожностью влила пару ложечек ему в рот и с нетерпением стала ожидать результата.
