- Ладно... я не спал, мне не хотелось уходить от тебя в сновидения...
- А я спал, - рассмеялся Золотко и потянулся, как кошка, поднимая руки вверх, обнимая Хатриана за шею и вытягиваясь всем своим гибким телом вдоль тела нияра.
- Золотко!
Харид подхватил его и, подтянув вверх, поцеловал. И не было нежности в этом поцелуе, была только страсть, всеобъемлющая и иссушающая, грозящая сорваться в безумие... И Золотке бы надо было испугаться... но именно сейчас ему вдруг показалось, что все встало на свои места, что все именно теперь и пошло так, как и должно было, что именно сейчас Хатриан искренен с ним абсолютно.
Да, именно так! И Золотко обхватил голову нияра руками, боясь, что тот отстранится.
И они целовались, сходя с ума от восторга, целовались, не желая отрываться друг от друга...
А когда оторвались, Золотко рассмеялся от восторга, что бурлил у него в груди, восторга, от которого хотелось прыгать, как сумасшедшему, восторга, от которого хотелось орать во все горло, крича слова любви.
Любви? Золотко посмотрел на Хатриана... Что-то рвалось внутри, мешая даже дышать, рождалось какое-то иррациональное чувство - хотелось защитить нияра... Странно. Защитить более сильного? Действительно, ерунда какая-то...
А вот поцеловать - совсем другое дело...
И Золотко, ничуть не сомневаясь в своих действиях, принялся целовать харида. Любопытство и жажда познания были уже почти неконтролируемы.
И так же, как вчера Хатриан спускался поцелуями вниз, сегодня Золотко с любопытством повторял тот же маршрут...
Целовать шею харида Золотке понравилось: он проводил губами прямо по бешено бьющейся под ними жилке и испытывал ни с чем не сравнимый восторг. Он тянул любопытные руки всюду, ему все хотелось потрогать. И смуглую кожу груди, и темнеющие соски потрогал, а они набухли и своими вершинками теперь словно просились под пальцы...
Хатриан вчера так приятно ласкал их Золотке языком... и даже не сообразив, что он делает, Золотко лизнул сосок Хатриана, смешно высунув язык. Смешно? Золотко заволновался, как это выглядело со стороны... да никак не выглядело... потому что глядеть было некому...
И Золотко рассмеялся: теперь можно было дурачиться, как угодно, не надо сохранять лицо, не надо думать, какая поза красивая... Свобода! Счастливый смех Золотки разнесся по спальне. Хатриан его никогда не осудит и никогда не предаст.
- Я люблю тебя! – вдруг неожиданно даже для самого себя произнес Золотко. Вслушался в свои слова и понял, что прав... Сердце пело!
- Мальчик мой! Ты всё-таки почувствовал себя моей Парой! Сердце мое!
И Хатриан заключил его в объятия, крепко прижимая к себе.
Золотко немного опешил. Парой? Все, что он слышал о Парах, подразумевало, что один из Пары будет женщиной...
- Любимый мой! Желанный!
Губы Хатриана забрали Золотку в плен, и вскоре ему уже было все равно: Пара он или нет, мужчина он или женщина - самое главное, что его любят и желают. У Золотки осталось только тело, которое сейчас так же яростно жаждало прикосновений, как когда-то их избегало.
И он, не раздумывая, позволял себя целовать, позволял не только гладить - он позволял делать с собой все, что взбредет в голову Хатриану, доверяя ему настолько, что даже расслабился и закрыл глаза...
Но потом любопытство все равно взяло верх.
- Нет! - он отстранил руки Хатриана, - не мешай мне! Я хочу посмотреть на тебя, хочу узнать твое тело, мне любопытно!
Хатриан, рассмеявшись, опустил руки.
- Я весь твой, малыш...
И шепот, которым было это сказано, прошелся по телу Золотки сладкой судорогой.
А Золотко? Он вел себя, словно любопытный звереныш. Он ощупывал и оглаживал руками все, что видел, а что не видел, к тому тянулся, стаскивая покрывало все ниже, и оно уже почти открывало бугор внизу живота... Золотко в смущении посмотрел на харида...
Открывать или нет? И увидел старательно сдерживаемую, всепонимающую улыбку на его лице. Увидел и перестал бояться - его не остановят, не отругают и не отберут такую большую и послушную игрушку...
Мою игрушку, только мою, делиться Золотко был не намерен, и всякие там Луманы могут идти пустыней навстречу солнцу...
Парнишка рывком скинул покрывало на пол. Обнаженный харид был прекрасен. Раньше Золотке казалось, что красота должна быть хрупкой и изящной – такой, как он сам. Но сейчас, охватывая взглядом бесстыдно обнаженное тело, он понял, что красота может быть разной. Она может быть и такой: с обезображенным лицом и черной повязкой на глазах... сильным и мощным телом, которого не надо бояться, потому что в нем нет ни капли агрессии, и сила эта не злая... хотя наги могут и не согласиться...
Но вот то, от чего Золотко так смущенно отворачивался, теперь все больше привлекало его внимание... возбужденный член харида казался... большим. Золотко в смущении посмотрел на свой...
- Сравниваешь?.. – над ухом раздался мягкий, завораживающий шепот.
- А как ты узнал? Ой, то есть, с чего ты взял?
Харид, хмыкнув, привлек Золотку к себе.
- Чудо моё! Давай я покажу, как надо сравнивать...
И, подтянув Золотку вплотную, забрал их два члена в одну руку и, слегка сжав, повел рукой сверху вниз.
