Гораздо больше юношу интересовал живой энтузиазм Юэ Сяохуэй по отношению к нерасследованным убийствам. Он не мог забыть их встречу в библиотеке. Когда юноша рассказал ей обо всем от начала до конца, ее глаза заблестели от воодушевления. В тот момент Вэй Цзюн понял, что Сяохуэй отнюдь не простая девчонка. То, как она проявила себя, нельзя объяснить обычным энтузиазмом или любопытством.
«Помоги мне найти кое-что». Стоило ему произнести это, как Сяохуэй влетела в читальный зал и принялась тщательно просматривать книжные полки. Он до сих пор помнил ее вид: решительный и настойчивый.
С этой мыслью Вэй Цзюн снова посмотрел на Юэ Сяохуэй. Она будто была чем-то озабочена: на лице отражались усталость и затаенная обида – это и вернуло его к реальности. Парень забеспокоился: значит, то, с чем она просит его помочь, задача не из приятных.
Такси быстро довезло их до городского района и примерно через полчаса остановилось на улице Юнъан около входа в кафе. Это было небольшое заведение с сычуаньской кухней. Судя по отделке помещения, сюда заглядывали посетители среднего достатка. Юэ Сяохуэй шла впереди. Она пересекла забитый гостями зал и направилась к отдельной комнате.
Около входа ждал мужчина средних лет. Увидев девушку, он торопливо пошел навстречу.
– Ох! Сяохуэй, ты приехала!
Та лишь кивнула и толкнула дверь.
В помещении оказались шестеро мужчин, возрастом около пятидесяти лет. Один из них, в желтовато-буром свитере, сидел спиной к двери и громко кричал, стуча кулаком по столу. Остальные пятеро расположились напротив него. На лицах у них застыла маска беспомощности и скуки.
Вэй Цзюн зашел следом. В нос ударил стойкий запах алкоголя. Под ногами валялись осколки разбитого стакана и тарелки с остатками пищи, словно кто-то бросил на пол целую порцию кишок в соевом соусе.
Юэ Сяохуэй хмуро сдвинула брови и подошла к мужчине, который и развел здесь шум. Дернув его за плечо, она произнесла:
– Пап, пойдем.
Он скинул ее руку.
– Не вмешивайся! Мне нужно все им высказать!
Один из мужчин напротив вскочил на ноги:
– Эй, Лао Юэ, ребенка-то не трогай!
– Ничего-ничего. – Юэ Сяохуэй с улыбкой потирала больное место. – Где его одежда?
Ей подали черный пуховик. Юэ Сяохуэй накинула его на плечи отца и, повернувшись, тихо сказала Вэй Цзюну:
– Давай, помоги мне его вывести.
Вэй Цзюн обошел мужчину и теперь мог рассмотреть его лицо – тощее, с короткой твердой растительностью на лице, испещренное морщинами и кровоподтеками. Сразу становилось ясно: затяжной алкоголизм.
Мужчина закрыл глаза и развалился на стуле, без остановки хватая ртом воздух. Вэй Цзюну пришлось приложить немалые усилия, чтобы поднять его и вынести из комнаты.
За их спинами Юэ Сяохуэй поочередно извинилась перед каждым мужчиной. В итоге в сопровождении хозяина заведения, который встретил их у входа, они вышли из кафе. По пути он пожаловался:
– Праздники закончились, мы хотели посидеть с друзьями… А ты знаешь своего папашу: выпьет – так сразу превращается в другого человека. Поэтому мы не позвали его. Кто ж знал, что он сам найдет нас? Пришел – и сразу опустошил бутылку. Выпил – начал материться, доматерился до посинения…
Юэ Сяохуэй неохотно отвечала «угу» и «м-м-м», с усилием поддерживая отца под руку. Дойдя до дороги, хозяин сказал им:
– Ладно, присмотрите за ним. – И вернулся в кафе.
Вэй Цзюн с Юэ Сяохуэй, держа мужчину, который сейчас был подобен мягкой глине, махнули рукой такси.
От них отказались двое таксистов. Стоило им завидеть пьяного вдрызг пассажира, как они сразу же уезжали. Вэй Цзюн с Сяохуэй решили сами вызвать такси и подождать под деревом. К ним очень скоро подъехала другая машина. Сяохуэй просунула голову в окно и о чем-то спросила водителя – и только после этого махнула Вэй Цзюну.
Таксист проехал весь путь с каменным лицом, без конца предупреждая, что, если мужчину стошнит прямо в салоне, стоимость проезда увеличится. Для того чтобы поскорее покончить с этим неудачным заказом, он стремительно несся по дороге. Однако из-за большой скорости и резких неожиданных поворотов отец девушки уже не мог сдерживаться. Он выблевал все содержимое желудка прямо в салон автомобиля.
Когда они наконец добрались до места назначения, Вэй Цзюн выволок бессознательного мужчину из машины, заполненной кислым зловонным запахом. Водитель, возмущенно крича, пооткрывал все окна, после чего запросил пятьдесят юаней сверху и уехал.
Юэ Сяохуэй жила на четвертом этаже, и это тяжелый путь, если тащить на своем горбу пьяницу. Сгрузив наконец тяжелую ношу на диван, Вэй Цзюн ощутил, как все его тело, с головы до ног, размалывает усталость. По лбу стекали капли пота.
Юэ Сяохуэй тяжело дышала. Она сказала Вэй Цзюну передохнуть, сама же пошла на кухню вскипятить воду – намочить полотенце и вытереть рот отца, испачканный в рвоте. Ее движения были расторопными, а лицо – спокойным, будто ухаживать за отцом-пьяницей давно вошло в привычку. При виде этой картины у Вэй Цзюна начало щемить сердце. Он не знал, как ей помочь, лишь молча смотрел на нее. Девушка почувствовала его взгляд и повернулась, виновато улыбаясь.
