— Не обижайся. Нам просто нужно будет соблюсти кое-какие условности. Дядя хороший и добрый человек.
— Ага, заметно.
— Прекрати говорить это ужасное слово. Когда я его слышу, то боюсь, что меня соблазнил переодетый крестьянин.
— Еще вопрос, кто тут кого соблазнил.
— Кстати, ты обещал меня согреть, но мне все еще холодно.
— Сейчас исправим…
После секса нам действительно стало гораздо теплее, однако желание рассуждать на серьезные темы бесследно исчезло. Некоторое время мы просто лежали в обнимку, слушая доносившиеся снаружи шорохи, потом я задремал и очнулся уже глубокой ночью, когда вернувшийся холод начал серьезно отравлять мне существование даже во сне.
— Спишь? — тихо шепнула сжавшаяся в комочек рядом со мной девушка. — Максим?
— Проснулся. Все в порядке?
— Не знаешь, до рассвета еще далеко?
— А что?
— Давай пойдем к морю прямо сейчас? А выспимся днем, когда тепло? Дождь уже закончился.
— Ну… хорошая мысль, почему нет.
Лично мне двигаться в темноте было не так уж сложно, однако по большому счету идея оказалась не самой лучшей — Алиша даже с моей поддержкой не могла выдерживать мало-мальски приличный темп, часто оступалась на устилавших землю камнях и в конце концов снова разбередила почти зажившую мозоль. Это сбило нашу скорость почти до нуля, заставив меня пожалеть о принятом решении. С другой стороны, согреться нам все-таки удалось.
— Подожди, я тебе палку вырублю. А то смотреть больно.
— Я могу идти.
— Оно и видно.
Костыль оказался для моей спутницы настоящим спасением — держаться наравне со мной она все еще не могла, но двигалась заметно бодрее, чем раньше. А воздействие на пострадавшую ногу свелось к минимуму.
— Скажи, как устанешь.
— Хорошо.
Незаметно пришел рассвет, сменившийся теплым и приветливым утром. Одежда постепенно высохла, жить стало гораздо проще, я даже начал высматривать место для привала, но тут с вершины очередного холма нам открылся вид на морское побережье и расположенную возле уютной бухты деревушку. До нее оставалось всего пара километров и это обстоятельство заставило нас изменить уже имеющиеся планы.
— Я схожу на разведку. Если там никого нет, отдохнем в нормальных условиях.
— Будь осторожен.
— Обязательно, солнышко.
На этот раз судьба нам улыбнулась — деревня оказалась полностью заброшенной. Не разоренной чернокнижниками, а именно что заброшенной — все дома остались целыми, следов вражеского нападения не было, а внутри домов наблюдался относительный порядок. Чувствовалось, что отсюда уходили без особой спешки, беря с собой все мало-мальски ценные вещи и планируя когда-нибудь вернуться.
Заглянув в каждое из строений и убедившись что там никого нет, я сходил за Алишей, довел ее до стоявшей на краю поселка хижины, после чего занялся методичными поисками еды. К сожалению, местные жители явно отличались повышенной рачительностью и унесли с собой действительно все — еду, одежду, большую часть кухонной утвари, даже топоры с лопатами. Мне удалось обнаружить пару драных рыболовных сетей, вереницу стоявших на самом берегу лодок и прочий бесполезный хлам, но провизии в этом списке не оказалось. Зато чуть дальше. в оставшихся после утреннего прилива заводях, нашлась попавшая в ловушку живая рыба.
— Так…
Ямы с водой были достаточно большими, схватить или проткнуть мечом верткую добычу никак не удавалось, но после нескольких безуспешных попыток я вспомнил про свою ауру, дотянулся ею до одной из рыб и заполучил-таки первый трофей. Пойманная живность оказалась чертовски похожа на крупного леща, но отличалась от земного собрата насыщенным темно-зеленым цветом — наверное, с такой маскировкой ей было проще скрываться среди местных водорослей.
— Вот ты где, — послышался за спиной голос девушки. — Нашел что-нибудь?
— Рыбу нашел. Смотри.
— Она же дохлая. Такую есть нельзя.
— Это сейчас она дохлая. А минуту назад плавала тут, как моторная лодка.
— Моторная лодка?
— Не обращай внимания. Эту рыбу вообще едят?
— Да, это большой зеленок, он вкусный.
— Отлично. Сейчас еще наловлю.
Чистить и разделывать добычу пришлось мне — благородная леди старательно демонстрировала свою полную некомпетентность в этих вопросах, так что я плюнул и сделал все сам. Зато когда пришло время готовить, помощь аристократки оказалась бесценной — вернувшись в хижину, та разыскала припрятанное за печью огниво, после чего ловко развела огонь, а затем и вовсе отстранила меня от хозяйственных дел, взявшись раскладывать на закопченном железном листе выпотрошенных зеленков.
Видавший виды противень плохо держался в предназначенных для него пазах и угрожающе выгибался, грозя свалиться в пламя, но свою задачу все же выполнял — рыба начала подрумяниваться, а комнату заполнили чарующие ароматы. Мой желудок тут же отреагировал на это радостным бурчанием, притупившийся было голод вспыхнул с новой силой…
— Долго еще?
— Подожди. Мне тоже есть хочется.
— Блин.
