— Наверно, работа больно скучная, — попытался оправдать собеседник то ли пристрастие Степана Степаныча к компьютерным играм и мультикам, то ли дурной нрав. — Пока я развлекал бабульку, Смирнов пошарился в дисках, так как всю коллекцию Пунцов определил в материн дом, у него тогда же, год назад, полетел компьютер, а бабка продвинутая, у нее видак, хоть и старенький, но уже нового поколения, который и диски умеет читать. В больших городах, конечно, ни дисков, ни видаков уже ни у кого почти нет, но для нищих сельских жителей это норма.
— Видак, значит. А играет-то он как по видаку?
— Не знаю. Видимо, играет теперь на работе, потому что дисков с играми там не было. Но вообще, ты задаешь не тот вопрос.
— Ну хорошо. Правильный вопрос: были ли «Симпсоны» в его видеотеке? Нужный сезон, нужная серия?
— Отвечаю на правильный вопрос. Нет, не было.
Я стукнула кулаком по столу.
— Ну вот зачем ты?.. Я-то думала…
Толик хихикнул.
— Я специально. Чтобы ты понервничала. — Уже другим тоном добавил: — Что ж делать-то теперь. Карт так много открытых, а пасьянс не сходится.
Я улыбнулась. Обычные люди в таких случаях используют метафору с кусочками пазла. Но мистик всегда будет верен себе, даже в речевых оборотах.
— Ты же говорил, что про пасьянс нельзя так сказать, только сошелся или нет, — напомнила ему я. — Так что наш детективный пасьянс еще может сойтись!
Толя хмыкнул, но стоял на своем:
— Дело в том, что без переворачивания карт ни один никогда не сойдется, закон такой.
— Значит, нам нужны еще зацепки, только и всего. — Не вставая из-за стола, я выглянула в окно и спросила: — А Андрей-то что сторожит? Молоко?
— Черт, молоко! Я совсем забыл. — Я удовлетворенно кивнула: да-да, молоко — оно такое, постоянно забывается. — Нет, он ждет, что Пунцов появится. Хочет устроить допрос с пристрастием. Сказал, опостылели ему эти расследования и тайны.
— Зря. Хотя мы ему не указ. Пусть делает, что считает нужным. — Я начала пялиться на угол стола, обдумывая услышанное. — Обменивались дисками… — бормотала я чуть слышно, что всегда помогало мне думать лучше. То есть не эта конкретная фраза, разумеется, а в принципе проговаривание мыслей. — Обменивались… Слушай, — подняла я глаза на Толю. — Почему мы до сих пор не потрудились узнать, был ли у Вити компьютер? Я отстала от жизни, для восьмилетки сейчас нормально пользоваться ноутбуком?
— По идее, да, — пожал Толя плечами. — Раз обменивались дисками и флешками, на чем ты сама уже заострила внимание.
Я резко поднялась.
— Нужно выяснить это. Я понимаю, что прошло четыре года… И все-таки. Я иногда фильмы на компьютере и дольше храню.
— Аня, ты ведь не думаешь, что ребенок четырех лет способен сам себе поставить фильм для просмотра? Он не мог ничего хранить четыре года, потому что в том возрасте вообще не имел представления, что значит хранить. Почему у нас и возникла теория, что Пунцов по-соседски ему нужный мульт поставил…
— Да, но, возможно, компьютер ему достался от Алины. Или от отца. А на нем мог остаться файл с мультиком.
— Даже если остался, что это тебе даст?
— Не знаю. Хотя бы будем точно знать, откуда вообще эта серия вошла в его жизнь. Пойми, его смерть и смерть его отца как-то связаны. И все это замешано на серии мультфильма. Как учил Смирнов, «ищи первоисточник».
Толя скуксился, заслышав эту фамилию, и заявил, что со мной не пойдет. Ну и ладно.
Когда я уже стучалась в дверь, стоя на пороге дома семьи Гореловых-Кашиных, из кустов материализовался сам майор и молча встал рядом. Меня это почему-то приободрило. Ведь это действие расшифровывалось как: не спрашиваю, зачем ты здесь, я просто в тебе уверен и буду рядом.
Вдруг это просто мое воображение? Смирнову, поди, скучно стало в кустах сидеть, молоко сторожить, а я тут как дура крылья чувствую за спиной. Смешно, право.
Я осознала себя смотрящей в лицо Марианне Сергеевне, а та, по-видимому, уже задала свой вопрос, присущий в таких случаях. Что ж, семейка все-таки научилась подходить к двери, сперва Алина, теперь ее мать. Прогресс.
— А Алина дома? — чтобы оттянуть время и придумать что-нибудь, поинтересовалась я.
— За молоком пошла. — Я машинально глянула в сторону жасмина. Не забыть бы в очередной раз. — А что вам надо? И вы, — тут она зыркнула недовольно в сторону майора, — опять…
— Да, я опять.
Пока он не выдал в очередной раз что-нибудь грубое, я поспешила сказать:
— Простите, у Вити был компьютер? Я общалась с его друзьями, они сказали, что он часто снимал на телефон усадьбу, когда они там гуляли ночами, и видите ли… — Я вздохнула. — Сами знаете, у нас постоянно кто-то слоняется по территории. То есть это может быть, конечно… хм… Но вдруг это просто человек, понимаете? А если человек, то он мог попасть на камеру Вити. А видеозаписи он мог скинуть в свой компьютер.
Вроде вышло убедительно. По крайней мере, женщина подобрела, это читалось в ее глазах и легком румянце.
— Деточка, я понимаю, жуть как не хочется верить, что… — Она, копируя мою манеру, а может, по своим причинам, не стала договаривать. — Но это, скорее всего, именно так.
