– Как я уже… – начал было Олег Иванович, но в разговор вмешалась Анна:
– Леонид! Вы не могли бы сходить в машину за протоколами? Я их там оставила, по оплошности.
Молча, с наигранно недовольным выражением лица Лестрейд вышел из палаты. Олег Иванович улыбнулся, при этом его густые брови поползли вверх, как открытые на переезде шлагбаумы.
– Олег Иванович, мы должны удостовериться в правдивости слов вот этого человека!
Анна кивнула в сторону Анонима, который мялся у двери палаты.
– Волкович Владлен Эдуардович! – нервно сглотнув, представился Аноним.
– И кто вы больному? – поинтересовался Олег Иванович.
– Он его конкурент и спарринг-партнер, – перебила Анна уже набирающего в грудь воздух для ответа Анонима.
– И что вам требуется от меня? – Олег Иванович сделал вид, что ему неинтересно знать подробности.
– Господин Волкович утверждает, что подрался с нашим больным. Лавров разбил ему нос, но ловкий Владлен Эдуардович сумел нанести ответный удар и оцарапать обидчика.
– Да, сумел, – Аноним, видимо под влиянием ауры больницы, упорно не хотел замечать неприкрытую иронию Анны.
– Вы ведь понимаете, в каком состоянии его привезли? На Лаврове обнаружено более тридцати резаных ран и две колотые, но все неглубокие и неопасные, – Олег Иванович недовольно нахмурился.
– Конечно, я изучила ваше заключение. Были ли на теле… – Анна запнулась, повернувшись к Анониму. – Кстати, вы помните, в каком месте вы его поцарапали?
– Я думаю, в районе шеи, – голос Анонима прозвучал немного неуверенно, словно ему было стыдно. Или страшно.
Анна наклонилась над Артемом. На шее виднелись два тонких пореза – как и было отмечено в протоколе осмотра. Такие раны можно оставить только острым предметом, но никак не ногтями.
Аноним перехватил удивленный и недоверчивый взгляд Анны.
– Я думаю… – голос Анонима совсем сник, – у него следы сзади остались. Я на него со спины напал, когда он в машину садился. Отомстить хотел.
Последние слова Аноним почти прошептал. Олег Иванович осторожно поднял голову Артема.
Анна увидела три характерных следа, оставшиеся от ногтей.
– Видимо, мы каким-то образом упустили эти следы. По крайней мере, я их при осмотре не обнаружил.
– Странно… Хотя что тут удивляться? В этом деле все странно.
Анна задумалась. В этот момент в палату тенью проскользнул Лестрейд. Он просматривал бумаги и выглядел недовольным, даже немного разочарованным.
– Только что получил результаты экспертизы. Кожа под ногтями Волковича принадлежит Лаврову.
– Значит, действительно оцарапали. Что же, хорошо!
– Анна, я вам больше не нужен?
Олег Иванович вопросительно посмотрел на Анну.
– Нет, спасибо вам… большое!
Олег Иванович улыбнулся и быстро покинул палату.
– Мы тоже пойдем, а вы, Владлен Эдуардович, пока можете быть свободным. – Аноним смотрел куда-то мимо Анны. – Что с вами?
Рука Анонима указала в сторону Артема.
– Лавров…
Анна развернулась к кровати. Артем открыл глаза! Он лежал совершенно спокойно, устремив взгляд в одну точку на потолке.
Лестрейд встал в дверях, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. Ему было совершенно неинтересно все, что происходило в этой комнате. Хотя уже через несколько секунд его отношение к происходящему резко изменилось.
Анна осторожными, небольшими шагами подошла к Артему ближе.
Ей показалось, что он смотрел в никуда. Не в потолок, а в самого себя.
– Артем… – тихо позвала его Анна.
Артем вздрогнул и медленно повернул голову, глядя на Анну болезненными, слезящимися глазами. Его взгляд изменился от пустого до осознанного. Словно пелена спала с глаз Артема и он вновь мог видеть.
Рассмотрев Анну и заметив недовольного Лестрейда, Артем медленно проговорил:
– Кто вы… такие? Где я? И что… – его взгляд поймал Анонима, который втянул голову в плечи, пытаясь казаться еще более незаметным. – Ты?!
В свой вопрос Артем вложил изрядную долю удивления и ненависти.
Анна старалась даже не дышать. Она пристально смотрела на Артема, который сверлил взглядом Анонима.
Через несколько секунд злость на его лице сменилась растерянностью, а затем болью. Анна почувствовала, что воспоминания обрушились на него гигантской волной, разбивая сознание о скалы реальности, как деревянную шлюпку на миллион острых щепок. Глаза Артема вновь закрылись.
– Дом… Проклятый дом… Нет… – Артем внезапно замолчал.
Его тело напряглось и задрожало в судорогах, вены на лице набухли, из краешка губ потекла струйка крови.
Не ожидавшие такой реакции Лестрейд и Аноним с ужасом смотрели на Артема, а Анна бросилась к нему, пытаясь удержать его на кровати.
– Олега Ивановича! Быстро!
Ее голос почти утонул в крике боли и отчаяния Артема. Он ревел, как раненый медведь, и так же упорно и яростно пытался вырваться из опоясавшей тело судороги. Лицо Артема посинело, закрытые веки дрожали с пугающей быстротой, кровь изо рта залила подушку. Тело мгновенно покрылось потом, словно на улице стояла дикая жара. Зубы Артема захрустели от неимоверного давления, с которым он сжимал свои челюсти.
