Довольные своей работой санитары вернулись к двери. Анна бросила на них грозный взгляд, но он был ими проигнорирован.
– Теперь можно продолжать, – Олег Иванович выдохнул с видимым облегчением.
Анна кивнула и наклонилась над Артемом. В руках у нее оказался платок, которым Анна вытерла кровь со щеки Артема.
– Не знаю, о чем шел разговор, но думаю, что ты пытался понять причины ее ухода… – Анна отвлеклась на кровь, аккуратно вытирая ее со щеки и с края губ. – А еще ты говорил, что любишь ее, я в этом уверена. И надеялся, что данная ситуация лишь недоразумение. Да… Я думаю, что все было именно так. Не знаю, что сказала тебе Вера, но ты ушел. Может, она взяла паузу?
Анна наблюдала за реакцией тела Артема. Ничего не изменилось.
– А может, она почти услышала тебя и вы договорились встретиться где-нибудь в городе… – после этих слов Артем затрясся сильнее, глазные яблоки за закрытыми веками забегали в хаотичном движении. Словно нащупав правильную жилку, Анна продолжила с небольшим давлением: – На следующий день, да? Встретиться и спокойно поговорить? Она согласилась… это была твоя победа и начало нового пути…
Артем застонал.
Кирилл стонал. Тело почти не слушалось, но он отчаянно полз к дому.
Когда до крыльца оставалось не больше метра, дверь распахнулась и на пороге с рассеянной улыбкой вновь появился блондин. Кирилл заметил, это было видно невооруженным глазом, что теперь мужчина выглядел спокойным и расслабленным.
Варя тоже казалась какой-то умиротворенной. Опасные мысли, невероятные в своем кощунстве, родились в измученном мозге Кирилла.
Он встряхнул головой, отгоняя даже саму возможность их существования. Ревнивцем Кирилл не был, но сейчас, дезориентированный в пространстве и в самой жизни, мог стать.
О чем они говорили и что делали в доме все то время, пока он полз, Кирилл знать не хотел. Единственное, чего он жаждал в эту секунду, – крикнуть во всю силу имя Вари, чтобы она его наконец заметила, но горло, сжимаемое болью, не слушалось. А между тем блондин сел в машину и уехал. Варя проводила его взглядом и закрыла за собой дверь. И в этот момент боль разом сошла на нет.
Кирилл вновь мог двигаться и мыслить здраво. Он встал и поднялся по крыльцу к двери, которая оказалась не заперта.
Стучать Кирилл не стал. Разрешение войти в свой, хоть и кажущийся сейчас чужим, дом ему не требовалось.
Обстановка внутри неприятно удивила. Он узнавал крупные вещи, такие как шкаф и вешалка в прихожей, но множество других… Странное ощущение, как наваждение. Словно попал в соседскую квартиру с такой же планировкой, похожей мебелью, расстановкой, но все же не в свою.
– Варя! – крикнул Кирилл, но голос не слушался, и крик превратился в негромкое шипение.
Кирилл сделал пару шагов, но, поравнявшись с зеркалом на стене, замер в немом изумлении. В отражении он увидел блондина с хвостом на голове, но в своей одежде.
Это было так неожиданно, что Кирилл простоял не двигаясь несколько секунд. Потом он зажмурился и вновь открыл глаза, увидев самого себя: высокого уставшего брюнета.
Кирилл хотел уже сделать шаг, как изображение в зеркале дернулось, словно в испорченном телевизоре, и вновь появилось лицо блондина. Но на этот раз практически мгновенно исчезло.
Кирилл помотал головой. Видение больше не повторялось.
В этот момент на улице послышался шум двигателя. В окне промелькнул и резко остановился черный джип.
Дверь распахнулась, и в комнату вбежал среднего роста, накачанный, коротко стриженный мужчина.
– Где он?
Мужчина крикнул резко, неприятно и, как показалось Кириллу, угрожающе. После выкрика амбал вошел в комнату, полностью проигнорировав стоящего в двух шагах Кирилла.
– Вскоре приехал он – любовник, хозяин этого дома, – отзываясь невыносимой болью, голос вновь звучал во всем теле Кирилла. – Ему позвонил Владлен Эдуардович – Аноним, тот самый, кому ты разбил нос на лесной поляне.
Земля ушла из-под ног. Кирилл упал на пол, раздираемый новым приступом боли.
Анна пристально смотрела на Артема, на его вполне заметные изменения, к которым приводят ее слова, но мужественно продолжала.
– Вскоре приехал он – любовник. Ему позвонил Владлен Эдуардович, тот самый, кому ты разбил нос на лесной поляне.
Говорить, понимая, какую боль этим доставляешь другому человеку, было трудно, но необходимо, и Анна это понимала.
– Продолжай! Видишь? Он возвращается! Его мозг отпускает настоящего Артема, он вспоминает! – Олег Иванович выглядел возбужденным. Анна впервые видела его таким, поэтому не сомневалась в правдивости этих слов.
Артем и вправду заметно изменился. Он отпустил боль, как поняла Анна, по словам Олега Ивановича – перестал сопротивляться.
Лицо его немного порозовело, мышцы расслабились. Казалось, что он спит, хоть и беспокойно.
– Продолжай, прошу тебя! Ему нужно вспомнить все! Иначе его мучения будут напрасны, и он вновь…
