Виктор кинул исполненный благодарности взгляд на хорошенькую Юлю и в ожидании конца репетиции уселся тут же, в первом ряду. На соседнем сиденье пристроилась Вера Донатовна, немедленно склонившаяся к его уху.
– Был такой бродвейский мюзикл тридцать шестого года, «Гроши с небес». По нему еще потом фильм сняли. С Бингом Кросби и Луи Армстронгом. Так Фред Астер был убежден, что мюзикл вышел похабным. Любопытно, что бы он сказал, заглянув сюда.
– Сказал бы, что девушка Юля – прелесть.
– Тут я с тобой согласна. А ты, Витюша, вкус имеешь. И знаешь что? Отвези Юлю домой, а я и сама доберусь.
– Да ну, Вера Донатовна! Как вы поедете с киноаппаратом?
– Аппарат и пленку положим в багажник, а я вполне доеду на метро.
До окончания репетиции Виктор томился, не зная, как подойти к очаровательной весталке. Весталка подошла сама. Сразу после репетиции спрыгнула в зал и села рядом со следователем Цоем. Устанавливая аппарат, Вера Донатовна искоса наблюдала, как Вик что-то оживленно говорит своей соседке, а потом, когда погасили свет и старушка запустила проектор, молодые люди вдруг подозрительно затихли. Вера Донатовна пыталась разглядеть, чем они заняты, но вскоре увлеклась происходящим на экране, предоставив их самим себе.
Когда включили свет, все присутствующие в зале заговорили разом, обвиняя Шестикрылого в плагиате.
– Тихо! – прервал полемику Эрнст Вельш. – Не надо выступлений! Сначала выслушайте вопрос!
Вик поднялся и выкрикнул:
– Кто-нибудь из вас видел этот альбом?
И снова все заговорили, ругая Шестикрылого.
– Так видел или нет? – повысил голос режиссер. – Кто не видел – быстро заткнулись! Говорит только тот, кто видел!
В зале повисла тишина.
– Ну вот вам и ответ. Из моих ребят альбом никто не видел.
Артисты стали расходиться. Поднялся и Виктор, помогая Вере Донатовне сложить прибор и убрать пленку. Закончив собирать аппаратуру, Вик обернулся и увидел, что Юля еще не ушла, стоит в дверях и изучает смартфон.
– Юля, – окликнул девушку следователь.
Она вскинула большие карие глаза и вопросительно взглянула на Вика.
– Позвольте вас подвезти.
– Буду рада, – просто ответила танцовщица.
Проходивший мимо режиссер недовольно выдохнул:
– Напрасно вы это затеяли, господин следователь. Задурит Юлька вам голову.
– Не беспокойтесь, они без нас разберутся, – оборвала Вера Донатовна.
– Не стану вам отвечать только потому, что вы, госпожа Ветрова, превосходный специалист в своей области, и я изучал историю культуры по вашим учебникам, – сухо проговорил режиссер, покидая зал.
Вера Донатовна поджала губы и следом за ним вышла из зала. Проконтролировала, чтобы аппарат аккуратно лег в багажник и не сильно давил на и без того деформированную железную коробку с пленкой, откланялась и пошла к метро. Вик усадил новую знакомую на переднее пассажирское место и галантно проговорил:
– Куда вас доставить?
– На Звездный бульвар.
– А номер дома?
Девушка замялась и через секунду замешательства выдохнула:
– Я забыла. Но знаю, как он выглядит, я покажу.
Нехорошее предчувствие шевельнулось в душе Вика, но он решительно прогнал его прочь. О Соне старался не думать, уговаривая себя, что нет ничего такого в том, чтобы отвезти случайную знакомую домой. Двинулся в указанном направлении и вскоре въехал на Звездный бульвар. По дороге Юля с кем-то переписывалась в смартфоне, и Вик не решился ее беспокоить.
– Куда теперь? – спросил он, когда не спросить уже было нельзя.
– Прямо и налево. К тому вон красному дому.
Вик свернул налево и припарковался перед единственным подъездом указанного строения.
– Может, подниметесь? Чаем напою, – игриво улыбнулась девушка.
Инстинкт подсказывал, что лучше не ходить, сердце кричало обратное.
– Ну что ж, от чая не откажусь, – согласился следователь.
Вышел сам, помог выйти пассажирке и запер машину. Сверяясь с экраном смартфона, Юля набрала код, и они вошли в подъезд. В лифте девица держалась индифферентно, вроде как не она заигрывала с Виктором в театре. Они вышли на этаже, и Юля позвонила в дальнюю от лифта квартиру. Дверь тут же распахнулась, как будто их ждали, и Вик увидел стриженную под мальчика смуглую девицу с заплаканными глазами.
– Вот, Люсь, привела тебе следователя, как договаривались. Ты теперь сама, я побежала. Меня Эрик ждет.
– Эрик не ругался?
– Да все он понимает. Вельдш на твоей стороне. И ребята тоже. Никто не верит, что это ты. Ладно, подруга, не кисни, все образуется.
Юля чмокнула девицу в щеку и выскочила за дверь. На Вика она даже не взглянула, и следователь Цой, проходя в квартиру, ощутил тупую боль в груди и противный вкус во рту, как будто лизнул медную ручку. Закрыв на замок дверь, хозяйка потуже затянула поясом полы разъезжающегося блестящего халата и протянула Вику узкую ладошку:
– Я Людмила Громова, бывшая жена Паши Петрова. Вы извините, что я вас выдернула. Юля написала, что у них на репетиции следователь из прокуратуры, и я подумала, что я должна с вами встретиться. Проходите, пожалуйста, в комнату, нам необходимо поговорить.
Они прошли в небольшую гостиную, и Людмила плотно прикрыла за собой дверь.
