- Везет тебе, ты видел, как она прыгнула, - донеслись до нее слова Края. - Я так хотел посмотреть. Но из кафе ничего было не разглядеть, а на улицу Шива посоветовал не выходить, чтобы не привлекать внимания. А то прикинь, стоит такая толпа перцев и пялится в небо, как на флэш-мобовской акции.
- Да смотри сколько хочешь. Я все заснял, - Фактор сунул парню под нос свой телефон. Файл начал гулять по мобильникам, сопровождаясь возгласами вроде: «Жесть!», «Круто!» и «Фигасе!».
Динго за широкими спинами ничего не было видно, да и смотреть особо не хотелось. По крайней мере, ей удалось себя в этом убедить. Она осторожно перенесла вес тела на здоровую ногу и вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Поежившись, она завертела головой, но вокруг чернели только слепые стекла, такие же непроницаемые, как в очках Шивы. Лидер группы был единственным, кто не стоял сейчас к Динго спиной. Тени от ветвей деревьев располосовали его лицо глубокими шрамами, и странная улыбка ползала между ними, как муха между трещинами на зеркале.
- Нам пора, - заблудившиеся губы шевельнулись еще раз. – Потом наиграетесь.
Прозвучало это так, что все мобильники тут же исчезли в карманах, а их владельцы строем потопали за парнем в темных очках. Нет, конечно, о времени забывать было нельзя. Но все-таки, скажи Динго то же самое, и кто обратил бы на ее слова внимание? Кто вообще их услышал бы? Вот в чем вся фишка. Девушка вздохнула и похромала в кильватере, чувствуя, как непрошенные слезы щекочут где-то в носоглотке, рождая горящее тяжелое ощущение в области миндалин.
- А у тебя какой номер?
- А? – Сначала Динго не поверила, что Еретик обращается к ней. Но судя по тому, что он отстал от остальных, и его грубые сапоги шагают рядом с ее кроссовками, давно потерявшими утренний белый цвет, парень действительно интересовался номером ее телефона. – Те... тебе зачем?
- Видео тебе солью. Это жесть просто, надо видеть. Хочешь?
Динго покачала головой. Он был такой огромный, просто нависал над нею, когда говорил. Хотелось одновременно спрятаться от него и облокотиться.
- Ты что, устала?
Она сперва мотнула головой, потом кивнула. Еретик озадаченно помолчал.
- Может, корзинка тяжелая? Помочь тебе?
- Спасибо, не надо, - Динго быстро переложила ношу в другую руку, подальше от страшноватого помощника. Фродо испуганно гукнул от резкого движения.
Еретик насторожился:
- Ты слышала? – Глаза под низко надвинутой шапочкой обежали очерченную фонарями черноту зоны по ту сторону дороги. – Вроде там... звуки какие-то?
- Неа, - Динго хлюпнула носом, подавляя нервный смешок, и надбавила шагу, как могла. Впереди что-то происходило. Край, Фактор и Шива остановились и тихо переговаривались.
- Чо тут такое? – Почти облегченно вклинился в беседу Еретик.
- Лилит еще не звонила, - объяснил Край. – Должна была дать сигнал, как все сделает, и вот – пока ничего. А по времени вроде того...
- Мы уже почти пришли, - в очках Шивы цепочка фонарей уходила в бесконечность или выходила из бесконечности, это как посмотреть. – Лучше на месте не светиться заранее, подождем здесь. Вон, - он мотнул головой куда-то во дворы, - площадка детская. Можно посидеть.
- А там остановка, - указал на пластиковую, голую без реклам будку Фактор. – Тоже лавочка есть.
- Ага, - легко согласился Шива. – Только вот автобусы здесь не ходят с тех пор, как закрыли зону. Маршрут перенесли.
Суть дискуссии ускользала от Динго. Какая в конце концов разница, им же не надо на автобус? Лишь бы присесть наконец где-нибудь. Но она ничего не сказала, боясь показаться круглой дурой, и молча поплелась за всеми во двор.
...сородичи брат это город а мы заболели
из тысячи тысяч выходит окно на кустарник качелей
скамеек песочниц оград я всё видел там двое сидели
и пили вино а потом целовались а после взлетели
я видел асфальт и в нём отражались трамваи как будто хотели
как будто бы сами хотели и вот доигрались и остолбенели
так свет удлиняется в нише и оптике дали предельной
а мы лишь бездельники брат наблюдатели тени
нам каждая плоскость становится схожей с постелью
лежишь или дышишь летишь или дышишь летишь или тлеешь[1]
Край сунул карандаш между зубами и прикусил дерево, едва отмечая его шершавость. Оттолкнулся пятками. Огонек сигареты Еретика качнулся и зашелся в свинге с грибком песочницы, черными очками Шивы и силуэтом Фактора, монументальным, как гранитный обелиск. Вверх-вниз. Вверх-вниз.
