– То есть, ты хочешь сказать, «когда» мы ничего не найдем? Не знаю, для начала постараюсь не убить ее в гневе, – ответил мужчина.
На то, чтобы сместить лагерь и поставить дополнительные шатры, организуя многодневную стоянку, у старателей ушло полдня. За вторую половину люди Ронана успели еще меньше. Шахтеры распаковали и собрали буры и сделали пробный запуск оборудования.
Работа закипела только на следующий день. Промокая и замерзая до костей, мужчины долбили и бурили конгломерат. Борьба с грунтом была ожесточенная, но весомых результатов не приносила. Вечером к Ронану пришел руководитель шахтеров и спросил:
– Скажи мне, как своему старому боевому товарищу, Ронан, что мы здесь ищем? – начал разговор пожилой шахтер, – Фред говорит, что Ливития здесь нет. Тогда что?
Ронан устало потер лицо и ничего не ответил.
– Я ведь не ради любопытства интересуюсь. Доломитовы коронки конгломерат с Люминицием не выдерживают. Мало того, что слой с разной степенью твердости минералов, так еще этот Скриптов минерал. Ты же знаешь, что Люминиций уступает только Дарону, – продолжил старатель.
– Попробуй доломитовыми и, если не возьмут, буду заказывать Дароновы, – без энтузиазма ответил предводитель.
– Мы оба знаем, сколько стоят коронки из Дарона! Именно поэтому сегодня целый день мои ребята грызли верхний слой доломитов. Мы износили три коронки, а углубились всего на метр. На один метр, Ронан! – возмутился шахтер.
Ронан встал и начал нервно расхаживать по шатру.
– Так что мы забыли в этой глуши? Почему не идем в Вилт? Зачем тратим силы на Скриптову толщу непробиваемого конгломерата? – недоумевал пожилой старатель.
Ронан помолчал, а затем ответил:
– Я понимаю все, о чем ты говоришь, но обещал заглубиться на десять метров…
– Кому? Этой ведьме? Ронан, что с тобой? С каких пор баба стала диктовать тебе, что делать? – перебил руководителя старатель.
Предводитель бросил на старателя угрожающий взгляд.
– Следи за языком, Милфорд. Я уважаю тебя и ценю твое мнение, но если еще раз ты позволишь себе учить меня жизни, вылетишь из лагеря, – процедил сквозь зубы Ронан.
Милфорт замолчал, нахмурился и вышел из шатра.
Разговор с Милфордом был последней каплей. Ронан сам понимал все, что происходит, и это сводило его с ума. Когда в шатер в поисках Марка заглянула ничего не подозревающая Шилта, Ронан был в состоянии очень близком от взрыва.
– Марк сегодня полночи в патруле, – злобно ответил Ронан.
Девушка уловила тон и хотела поспешно скрыться, но Ронан окликнул ее и жестом пригласил войти. Понимая, что разговор предстоит сложный, Шилта, нехотя, вошла и расстегнула маску.
– Мне нужно серьезно поговорить с тобой, Шилта, – металлическим тоном сообщил предводитель.
Девушка сняла плащ и, пройдя вглубь шатра, присела на кровать Марка.
– Объясни мне, откуда ты знаешь, что там Ливитий? – требовательно спросил Ронан.
– Я не могу объяснить… Пока не могу, – виновато ответила девушка, – Просто поверьте мне, мой господин.
– Да хватит, Шилта! – взорвался Ронан, – Я сыт по горло твоим: «Мой господин»! Сколько можно лицемерить и изворачиваться? Я устал от чужих предательств и игр, а ты слишком редко отвечаешь на поставленные мною вопросы. Это доводит до белого каления!
Девушка вздрогнула от резкой перемены тона Ронана и отступила на шаг назад.
– Зачем я снял тебя с того столба?! – продолжал изливать накопившийся гнев мужчина, – С первого дня, как ты появилась в моем лагере, живу словно на Скриптовом пласту, трясет так, что на ноги встать невозможно. Я уже ничего не контролирую. Стоит поверить, что все наконец-то идет по плану, как ты снова вмешиваешься, и все идет кувырком. Я готов на все, чтобы вернуть былую стабильность, но уже не знаю как. А тебе все мало. Играешь в свои игры, и плевать на всех! Ты даже не утруждаешь себя объяснениями, напускаешь дыма, начинаешь корчить из себя ведьму. Я так это ненавижу, что готов сорвать все твои маски, одежду, даже кожу, если потребуется, лишь бы понять, что на самом деле ты за человек!
Шилта смотрела на Ронана, влажными глазами и с трудом сдерживала слезы.
– Ты прав. Нужно было оставить меня на том позорном столбе. Я умерла бы той же ночью, а ты через шесть дней, и мукам конец. Марк догнал бы нас немного позже, как и все жители лагеря. Ведь они уже тогда были заражены лихор…
– Перестань давить мне на совесть. Чего ты хочешь? Что бы я разрыдался и, упав на колени, тебя благодарил? – брезгливо ответил Ронан.
– Да! Да, я хочу, чтобы ты хоть раз сказал мне спасибо. Хочу, чтобы понял, не я выбиваю у тебя почву из-под ног, а сама жизнь, потому что она чудовищно сложна! Мне нужно, чтобы ты перестал думать только о себе, Ронан! – Шилта не выдержала и заплакала, – Ты хоть представляешь, насколько сложно иметь дело с таким неблагодарным хамом? Проклинаю тот день, когда из всех возможных вариантов, выбрала тебя.
С этими словами Шилта взяла плащ и попыталась уйти.
Ронан схватил ее за руку и грубо дернул на себя:
– Из всех возможных вариантов, значит, – процедил он сквозь зубы.
