Малеста покачала головой.
– Ваш отец на эту поездку не согласится.
– Мне не нужно его согласие. В котором часу уходит последний поезд?
– Боюсь, вы уже опоздали.
– Чёрт. Тогда пусть Джонатан велит запрячь лошадей. Мне и правда нужно срочно в Лондон.
– Настолько срочно, что вы готовы идти на конфликт с отцом?
Тим кивнул.
Ответ мачехи его сильно удивил.
– В таком случае я сама распоряжусь о подготовке экипажа. И смею надеяться, это не очередная ваша ребяческая выходка, а действительно что-то стоящее.
– Действительно что-то стоящее.
– Вы уверены?
Тим поймал на себе внимательный взгляд серо-голубых глаз.
– Уверен как никогда, – ответил он. – Кажется, последней волей моей матушки были вовсе не восстановительные работы в школе для мальчиков...
– А что же?
Взгляд не отпускал от себя, требовал деталей, но Тим держался.
– Ответ я надеюсь найти в Лондоне. Я скоро вернусь.
Адвокатская контора мистера Лудлоу была в Лондоне на хорошем счёту. Обслуживая всего несколько почтенных семей, она никогда не видела толп клиентов у своих дверей и лестницы, но и никогда не знала времён, чтобы расходная часть превышала доходную. Каждый день был похож на предыдущий и начинался двумя кружками горячего чая с вишнёвым мармеладом, а также свежей газетой, ещё пахнущей краской. Через распахнутое окно были слышны крики мальчишек, торопившихся вызвать господам кэб или зазвать тех на чистку ботинок, но даже то было редкостью. Большей же частью в том уголке Лондона, где обосновался мистер Лудлоу, царила умиротворяющая тишина и пели птицы, прятавшиеся в ветках жасминовых кустов. Поэтому загремевшей в утренние часы над входной дверью колокольчик перепугал хозяина конторы до глубины души. Настолько глубоко, что мистер Лудлоу даже перепутал мармелад со сливочным маслом и вместо первого нырнул чайной ложечкой в маслёнку.
В кабинет заглянул секретарь.
– К вам мистер Андервуд, сэр.
Мистер Лудлоу поспешил снять салфетку, заложенную за воротник белоснежной сорочки, и кашлянул.
– Какой из двух?
– Младший, сэр.
– Хм. Ну, зови.
Тимоти Андервуд нравился мистеру Лудлоу. И особенно он отмечал внимательность молодого человека к мелочам и его настойчивость. Поэтому ему было искренне жаль, когда от отца Тима пришло письмо с тем, что Тим начнёт практику у другого юриста. Но к чему тогда этот утренний визит?
– Мистер Лудлоу, – выпалил Тим, показавшись в дверях, ведущих из коридора в кабинет.
– Рад видеть вас, юноша, – ответил хозяин и жестом предложил сесть. – Что-то стряслось? У вас нездоровый румянец на щеках.
– Мне нужна ваша помощь, сэр.
– Вот как? А я-то, наивный, полагал, что вы решили пойти против воли отца.
– И это тоже, сэр. Я, как и раньше, намерен начать юридическую практику у вас и приступлю к своим обязанностям в тот самый день, как мы с вами договорились.
Мистер Лудлоу хмыкнул.
– Вот это действительно слово джентльмена! Хотя лицо у вас... совсем не такое, как подобает джентльмену.
Тим поймал на себе косой взгляд и наконец понял, что именно хозяин конторы принял за «нездоровый румянец» и почему другие взгляды, подаренные ему этим утром на улицах города, были примерно такие же странные.
– Защищал даму, – безапелляционно выдал Андервуд, раз и навсегда развеяв все сомнения.
– Как благородно! – Мистер Лудлоу всплеснул руками. – А ещё говорят, что современная молодёжь не та пошла. Нет же, ошибаются. Всё так, как и в старые добрые времена.
– Благодарю вас, сэр.
– Какой же помощи вы ждёте от меня? Это связано с вашим отцом?
– Скорее с матерью, сэр.
– Не могу припомнить, чтобы знал её.
– Она умерла десять лет назад.
– Вот как. Тогда мне тем более не ясно, чем я могу вам помочь.
– Вы – опытный адвокат, сэр, и я никого не знаю в Лондоне, кто был бы компетентнее вас в вопросах составления завещаний.
Мистер Лудлоу приосанился. Почему-то сразу захотелось угостить Андервуда-младшего и чаем, и гренками с маслом, и мармеладом. Но служанка, подававшая завтрак в кабинет, не торопилась возвращаться за посудой, а до секретаря было не докричаться. Тот вышел на улицу и кормил крошками голубей. Накрыть стол для гостя было некому, и мистера Лудлоу это очень огорчило.
– Так ваш вопрос связан с завещанием... – протянул он.
– С завещанием моей матери, сэр.
Мистер Лудлоу развёл руками.
– Боюсь, по такому щекотливому вопросу вам лучше обратиться к семейному юристу. Только он может знать все тонкости. Если мне не изменяет память, то дела вашей семьи ведёт сэр Фредерик Пикли.
– Верно. Но может ли быть так, что составлением завещания вдруг начинает заниматься не семейный, а другой юрист?
– Юрист со стороны? Хм, такое случается редко и только в том случае, если семейному юристу по какой-либо причине не доверяют.
– Как вы думаете, по какой?
– Если, к примеру, он слишком болтлив или симпатизирует одному из членов семьи больше, чем остальным, и может действовать в его интересах или просто с кем-то из семьи в сговоре. Но такая деятельность считается недобросовестней, и в моей практике вы не найдёте подобных случаев.
