– Вот и хорошо. Далее… Не забудь вписать графе Кантени и кардинала Линна. Его высокопреосвященство, конечно, не придет, но нельзя обойти его приглашением.
Анна-Мария задумалась. Постукивая указательным пальчиком по подбородку, она словно пыталась сдержать слова, готовые вот-вот сорваться с нежных губ.
– Герцога Роша и виконта Жиро тоже придется пригласить. Мрачные личности, но мой супруг в хороших отношениях с ними, и мы не имеем права эти отношения портить.
– В таком случае, – осторожно добавила Лайза, – следует пригласить и князя Лагарде с супругой. Барон Грей в прежние времена был очень дружен с ними.
– К несчастью, да.
Еще недолго поразмыслив, юная баронесса расширила список в общей сложности до тридцати человек, видеть из которых ей хотелось не более десяти. Про остальных она сказала следующее:
– Пусть будут. Парк большой, прикажу поставить столы на расстоянии друг от друга и смогу не встречаться с ними.
Закончив список приглашенных, Анна-Мария собственноручно поставила на нем дату (через два дня) и попросила Лайзу отнести бумагу дворецкому. Джон должен был сегодня же вечером разослать все приглашения, в то время как юная баронесса отдохнула бы немного от хлопот.
– М-да… Чтобы усидеть на месте, несомненно, требуется много сил. Едва ли не больше, чем чтобы две недели руководить посадками в парке и ремонтом в столовой, – прошептал Джон. Радоваться переменам он не спешил.
Лайза украдкой улыбнулась. Однако на другой день улыбке не нашлось места и на ее лице.
* * *
Анна-Мария завела нехорошую привычку сообщать Джону о своих тратах после того, как они сделаны. В противном случае, справедливо рассуждала девушка, дворецкий нашел бы повод отказать ей в «такой малости». И все же иногда у Джона возникали подозрения, и он начинал расспрашивать о планируемых тратах до заключения очередного контракта. Тогда юная баронесса умело делала вид, что не слышит слугу или не понимает, о чем он говорит.
Лайза по понятным причинам не могла позволить себе подобной вольности. Конечно, она многое утаивала от дворецкого, поддерживая добрые отношения с госпожой. Однако промолчать в ответ на прямой вопрос Джона не могла. И потому, когда, сказавшись больной, Анна-Мария отправила Лайзу к портному заказать новое платье, горничная была неприятно обрадована встречей с Джоном на лестнице.
– Как вы могли согласиться? Лайза, вы же знаете, какие счета я подписывал в этом месяце! Вы же знаете, сколько счетов я подписал в прошлом!
– Но я не могла ей отказать, – весьма убедительно оправдывалась Лайза. – Госпожа сказала, что если у нее не будет нового платья, она отменит пикник. И что бы, вы полагаете, она стала делать в таком случае?
Джон застонал. Было неприятно признавать очевидное:
– Она бы вновь взялась за дом.
– Не беспокойтесь, господин, – к слову добавила Лайза. – Я сделаю все возможное, чтобы платье госпожи не обошлось барону Грею слишком дорого.
Дворецкий положил ей руку на плечо и тихо проговорил:
– Слава Богу, Лайза, что баронесса вам доверяет. Слава Богу, Лайза, что я могу доверять вам. Идите.
Горничная поклонилась и продолжила спускаться вниз.
– Кстати, Лайза, – вновь остановил ее оклик Джона. Девушка обернулась, – Вы не слышали последних новостей?
– Каких новостей? – искренне не понимая, спросила Лайза.
– Говорят, что кто-то украл «дворянскую честь» графа де Монти.
– Неужели? – Лайза помолчала немного, будто раздумывая над сказанным, потом пожала плечами: – Впрочем, это не так уж и удивительно. Украденная честь виконта де Гра, нападение на герцогиню Торре и похищение ее чести… Какую бы цель не преследовал грабитель, пока его не поймали, очередного нападения можно ожидать в любой момент.
Джон спустился немного вниз, так чтобы появилась возможность говорить тише.
– В том-то как раз и дело, что нападение не ново. Графиня де Монти, которая обнаружила исчезновение чести мужа и рассказала Полковнику об этом, утверждает, что трагедия постигла его сиятельство около полугода назад. А, может, даже и больше.
Дворецкий пристально смотрел на лицо Лайзы. Какие эмоции он пытался разглядеть, Лайза не смогла разгадать. Зато весьма умело воспользовалась поводом и деланно смутилась:
– Вы говорите так, словно вновь подозреваете меня в чем-то нехорошем. Но, помнится, я уже заверяла вас в том, что слишком умна, чтобы совершить подобную глупость. Да и на что мне «дворянская честь» графа де Монти или кого другого?
– Вам ни к чему, Лайза. И да, вы достаточно умны, чтобы соизмерить риск и выгоду от подобного предприятия. Меня беспокоит другое.
Джон спустился еще ниже. Теперь их с Лайзой лица находились на одном уровне и так близко друг к другу, что можно было расслышать самый тихий шепот.
– Честь виконта де Гра была похищена на первом балу после приезда в столицу юной баронессы Грей.
– Да, кажется, именно так все и было. О! Так вы полагаете, что госпожа причастна к этому? – напрямую спросила Лайза.
