Она энергично подняла кота и громко сказала:
– Перестань сейчас же!
Весь класс уставился на неё.
– Когти, – объяснила Нова, пожимая плечами.
Пока не наступил вечер, Нова, Генри и Пабло вели себя словно тигры в клетке зоопарка. Они почти не разговаривали, ходили по кухне кругами, а когда пришло время есть, дети без особого аппетита ковырялись в своём рагу. Пабло снова и снова рассеянно клал лапу на лежащий перед ним рыбный пирог, не отрываясь от него.
– Что я буду делать, если Гектор снова останется в моей комнате сегодня вечером? – шёпотом спросила Нова.
Генри мрачно покачал головой.
– Если понадобится, я могу запереть его в уборной.
Его предложение прозвучало непродуманно, да и Нова сомневалась, что Гектор попадёт в такую хитрую ловушку.
Пабло продавил вмятину в паштете и вздёрнул подбородок.
– Предоставьте это мне.
После еды они увидели, как котёнок перебрался на диван, где Гектор устроился поудобнее с большой миской печенья с тунцом. Гектор сначала проигнорировал Пабло, но потом навострил уши, отставил печенье и довольно быстро, по его меркам, выбежал из кухни. Горацио удивлённо посмотрел ему вслед.
– Как тебе это удалось? – спросила Нова, направляясь в свою комнату с Генри и Пабло.
– Я рассказал ему о том, что моя хорошая подруга Гортензия Блэксторм репетирует свои новые песни сегодня вечером перед Королевским Альберт-холлом. Гортензия – самая известная лондонская певица кошачьей оперы, а Гектор – большой её поклонник. Она двоюродная сестра моей матери. – Пабло затрясся от смеха. – Честно говоря, она тренируется там каждую ночь. Но Гектору об этом знать не обязательно.
– Молодец, – сказал Генри. Было заметно, как сильно он обрадовался, что ему не пришлось запирать Гектора в уборной. – Давайте не будем засиживаться допоздна. – Он косо посмотрел на Нову. – Я говорю это не потому, что мне трудно вставать по ночам, а потому, что у нас мало времени.
Нова кивнула.
– Как только Горацио решит, что мы заснули, пойдём.
Два часа спустя они стояли на набережной Темзы. Перед тем как пожелать Нове спокойной ночи, Горацио ещё раз спросил об её отце. Нова заверила его, что всё в порядке, и Горацио с облегчением удалился.
Сегодня вечером Генри тоже был одет во всё чёрное. Его светлые волосы и сверкающие глаза Пабло были единственными проблесками света – их маленькая банда могла полностью скрыться в темноте.
Тем не менее Нова всё равно беспокоилась, что их могут обнаружить, потому что стояла тёплая летняя ночь. Даже в такое позднее время улицы у реки были оживлённее, чем раньше. Машины стояли вплотную друг к другу. Выхлопные газы и оставшееся после дня тепло сделали воздух тяжёлым и горьким. Все трое шли молча, осторожно озираясь по сторонам.
– Мы бежим к тому входу, где были с Горацио? – спросил Пабло, глядя вверх. – Шаян же сказал, что его сейчас охраняют.
Нова старалась говорить уверенно.
– Это было вчера. Да и кроме того… – Ей просто не хотелось объяснять коту, что этот вход был их единственным шансом. Что другого пути, по которому они могли бы пойти, просто не существовало.
Когда они прибыли в тупик возле Лондонского моста, оказалось, что Шаян был прав: рядом с металлическим ящиком, где был вход в туннель, стояли два огромных мейн-куна, которые охраняли Пенелопу в театре. Они были похожи на двух мрачных львов, сторожащих храм в китайском квартале.
– Что же нам теперь делать? – прошептал Пабло дрожащим голосом.
– Я мог бы сразиться с ними обоими, – сказал Генри. – Если я поймаю по одному за шею…
– Во-первых, они почти такие же большие, как маленькие пумы, – прервала его Нова, – а во-вторых, они сразу же поднимут тревогу, как только ускользнут от тебя. Мы должны добраться до тюрьмы незамеченными. Иначе наш план не сработает.
Дверь в одном из домов отворилась. Мужчина в серых спортивных штанах отнёс свой мусор к баку перед домом. Он угрюмо огляделся по сторонам и вернулся в свой дом.
– Мы должны что-нибудь придумать, – прошептала Нова.
Какой-то звук позади неё заставил Нову вздрогнуть. Она двигалась молниеносно. Папа говорил, что быстрота часто спасала его свободу.
Но их настигли не кошки Пенелопы. Возле железной ограды, выкрашенной в чёрный цвет, сидели Лилия, Лаэто и Суми.
– Неужели вы хотели пойти без нас? – спросила Лилия, укоризненно глядя на Нову одним глазом. – Конечно, мы не Полуночные коты, но мы тоже хотим сразиться с Пенелопой. В конце концов, она отнимает у нас территории. Из-за неё мои друзья вынуждены бежать!
Лаэто и Суми одобряюще кивали, но Нова прервала их:
– Хорошо, я вас прекрасно понимаю. Конечно, вы можете пойти с нами. Но пока мы и сами не знаем, как туда попасть. Вы уже видели, кто сидит у входа в наш туннель?
Лилия убежала прежде, чем Нова смогла её остановить. Все успели услышать только одно: «Они большие, но не яростные. Берегитесь!»
Лилия бежала посреди улицы в жёлтом свете фонарей. Нова подумала, что она довольно изящна и легка, хотя, как шепнул Пабло на ухо Нове, одноглазая уличная кошка была уже не молода.
