– Вода! Тьфу! Коричневая мутная вода! Просто отвратительно! Кто только выбрал этот путь?
Нова бесцеремонно подняла кота, не дожидаясь его согласия.
– Это из-за плохой погоды прошлой ночью. Не волнуйся, скоро мы снова попадём в сухое русло.
В этот момент с потолка упала большая капля воды и попала точно на нос Пабло. Кот визжал и извивался взад и вперёд. Нова изо всех сил пыталась удержать его, сжимая карту другой рукой.
Между тем на дне образовалась небольшая речушка. Вода спускалась со стен и текла в том направлении, в котором они бежали. Её становилось всё больше и больше.
Генри недолго колебался. Он схватил Лилию, которая умело перепрыгнула из его рук ему на плечо. Затем потянулся к Лаэто и Суми. Им двоим не понравилось, что Генри держал их одной рукой под животом, но это было всё же лучше, чем плавать – так много воды теперь текло по проходу.
– Здесь недалеко! – воскликнула Нова, бросив отчаянный взгляд на карту. – Примерно в ста ярдах должна быть водосточная труба, по которой, надеюсь, вся вода сразу утечёт.
Вода доходила ей теперь почти до колен. Левой рукой, в которой она тоже держала карту, она опиралась на стену и медленно продвигалась вперёд, шаг за шагом. Позади неё Генри балансировал с тремя кошками, не имея ни малейшего шанса за что-нибудь зацепиться.
Шум воды становился всё громче и яростнее. С потолка градом посыпались капли. А потом случилось что-то ужасное.
Сначала Нова ничего не увидела. Она слышала только крик Лаэто, когда тот упал в воду. Генри позвал её. В этот момент кот промчался мимо Новы. Не раздумывая, она нырнула вниз. Пабло вцепился в её правую руку. Боль пронзила всё тело, словно молния. Она потянулась к Лаэто левой. Схватила его за шкирку, но при этом уронила карту. Вода всё сильнее и сильнее хлестала её по ногам, так что она почти потеряла равновесие.
И пока она поднимала Лаэто, Нова увидела, как самое важное достояние её отца – карта – на бешеной скорости плывёт к водосточной трубе, которая теперь находилась всего в нескольких метрах от них.
Она чуть не глотнула водосточной воды, а меж тем течение унесло с собой карту – сокровище, которое доверил ей папа.
Слёзы гнева и отчаяния стояли в глазах Новы, когда она боролась с водой и наконец оказалась у проёма. Она высадила Пабло и Лаэто на спасительной площадке – ступеньке прямо над водосточной трубой. Позади них продолжался коридор, в котором теперь уже стоял Генри, обогнавший их.
Он опустил Суми, неистово вылизывающую шерсть, к своим ногам. Лилия, напротив, осталась сидеть на плече Генри и сочувственно посмотрела на Нову.
Она рухнула на колени у канализационной трубы, в которой исчезали потоки, и попыталась нащупать рукой каменный край. Всё, что она нашла, – это кусок полиэтиленового пакета, который там запутался, и несколько веточек.
Генри мягко положил ей руку на плечо.
– Мне ужасно жаль. Я хотел тебе помочь, но…
– Тебе пришлось жонглировать тремя кошками одновременно, и ты справился, – добавила Лилия. – Ну, почти. Лаэто обязан Нове своей жизнью. Пусть кто-нибудь ещё скажет, что нам не нужны Фелидиксы!
По лицу Генри было видно, как сильно он волнуется, хотя и старается казаться оптимистичным.
– Мы и так найдём дорогу, – успокаивал он Нову. – Я совершенно уверен в этом. Это похоже на игру, в которую твой отец всегда играл с тобой. Помнишь, он тренировал твою память? Ты же говорила, что он всегда хотел, чтобы ты запоминала дорогу, не глядя на карту.
Нова сглотнула. Она видела картинки в своей голове. Папа, который играл с ней в эту игру. Она была ещё маленькой, может быть, лет четырёх, и сидела в кресле с цветочным узором. Она вспомнила карту, слова которой едва могла расшифровать, но символы уже понимала. Папа горячо похвалил её, когда она нашла дорогу от Альд-Гейт до Ватерлоо. Но что-то было в этом воспоминании не так, как обычно. Они были не одни. На заднем плане у окна с плотными парчовыми шторами стояла женщина с буйными чёрными волосами и глазами, такими же бирюзово-голубыми, как у Эдисона. Это была её мать. Она рассмеялась, и Нова услышала, как она сказала: «Если ты будешь продолжать в том же духе, то никто и никогда не сможет тебя остановить!»
– Я знаю дорогу, – шептала Нова снова и снова. Почва под ней была мягкой, усеянной мелкими камнями. «Этот туннель тоже время от времени затопляется», – подумала она.
Нова поджала губы. Последним, о чем она хотела бы сейчас думать, была вода. Остальные последовали за ней, Генри – глухими шагами, кошки – пугающе тихо.
Девочка обернулась. Лилия, казалось, хромала.
– Мы уже близко, – подбодрила она кошку, которая шла всё медленнее и выглядела измученной. – Я могу понести тебя на руках, если ты не против.
Она увидела, как Лаэто и Суми покачали головами. Нова забыла, что уличные кошки обращаются за помощью только в случае крайней необходимости.
Но, к её удивлению, Лилия сказала:
– Хорошо. Если тебе так будет спокойнее.
