– Ты тоже вела себя очень смело! – говорю я и краснею. – Я Живущая на деревьях, – вдруг вырывается у меня.
Она тихо смеётся.
– Кто, если не ты?!
Мы молча идём вверх по лестнице. Интересно, бывало ли уже такое? Скорее всего, нет, если я правильно оцениваю Зои.
И тут я вдруг узнаю ещё кое-что.
– Я буквально врезалась в госпожу Вербум, – лепечет Хейзел. – Это не было преднамеренно, и она всё равно направлялась в ванные комнаты. Что ей здесь понадобилось? Во всяком случае, я не ябеда. У меня случайно вырвалось, что ты там с Зои… Ты сердишься?
Я качаю головой.
Хейзел вздыхает с облегчением.
– Мама говорит, что иногда я вмешиваюсь в дела, которые меня не касаются, просто потому, что хочу помочь. Но не все хотят, чтобы им помогали. С растениями всё проще. Какие у тебя любимые растения?
– Никогда не задумывалась об этом раньше.
– Ты серьёзно? – Хейзел удивлённо останавливается и, нахмурившись, смотрит на меня. – Да, но…
– Что?
– Ничего, всё хорошо. Мне просто интересно, как ты сейчас на уроке… – Она не договаривает и улыбается мне. – Флёр Вербум – отличный учитель. Она что-нибудь придумает. Пойдём вместе позавтракаем?
Мы добрались до спальных гнёзд наверху.
– С удовольствием.
– Отлично. – Хейзел поворачивается, чтобы уйти.
– Подожди, – прошу я. – Ты что-нибудь знаешь о том случае, когда в башню кто-то незаконно… То есть кто-нибудь когда-нибудь пытался проникнуть в одну из башен без её разрешения?
Она хмурится.
– Не помню, чтобы я о таком слышала. Но это ничего не значит. Это важно? Могу спросить кого-нибудь. Подожди… Ты же не веришь в то, что сказала Зои? Я сейчас же пойду вниз и поговорю с…
Я умиротворяюще поднимаю руки.
– Нет, не ходи никуда. Ни во что такое я не верю. Просто госпожа Вербум упомянула, что ей приходилось как-то видеть такое. Похоже, тогда случилось что-то не очень хорошее.
Хейзел вздрагивает.
– В это я охотно верю, – мрачно шепчет она и улыбается. – Как хорошо, что мы башне понравились. Чего я, правда, не могу сказать о некоторых её жительницах. – Она подмигивает мне. – Сейчас снова увидимся.
– Эй! – кричу ей вслед.
– Да?
– Спасибо!
– Да не за что. – Улыбаясь, она убегает к своему домику.
Здесь нет никого, кроме нас. Верёвочная тропа между деревьями как будто вымерла. Никто не наблюдает, как я попадаю обратно в свой домик с белкой-летягой в качестве компаньонки. Ну что ж, посмотрим, сработает или нет. Я плотнее прижимаю свою сумку с туалетными принадлежностями и нажимаю на ручку двери, украшенную резьбой.
– Это я, Ванда. Ты дома?
Урок первый для жителей домиков на деревьях: белки-летяги начинают жутко верещать, если их внезапно разбудить из глубокого сна. Моё сердце всё ещё стучит, как сумасшедшее. Но, к счастью, ничего не сломалось, когда Ванда буквально начала носиться по стенам. И после того, как я в панике поделилась с ней последним фруктовым батончиком, она успокоилась определённо быстрее, чем я.
Осторожно приседаю, возвращая карандаш на место, и прикрываю дверь.
– Всё в порядке? – внезапно, словно из ниоткуда, раздаётся голос прямо у меня за спиной.
От испуга я чуть не роняю рюкзак, но это всего лишь Хейзел, которая зашла за мной, чтобы вместе пойти на завтрак.
– Всё отлично, – отвечаю я, пытаясь восстановить дыхание, и поворачиваюсь к ней. Успеваю нацепить на лицо улыбку. Эх, Хейзел, если бы только знала…
Дверь отлично закрывается и открывается, всё в порядке. Если не считать того, что я чуть не заработала инфаркт. Может быть, Зелёная башня действительно приняла меня? «Не сомневайся» – всё ещё звучат в моих ушах слова Флёр Вербум. Но я не верю в то, что всё так просто. Как оно может быть? Когда мы пробрались сюда с Бену, было далеко за полночь. А после всего, что я слышала до этого о том, как башни выбирают своих жителей, вся история кажется невозможной. Но, несмотря ни на что, я здесь. Нравится это Зои или нет. А Флёр Вербум, похоже, абсолютно всё одобряет.
А может, мне и не нужны эти трюки с карандашом и дверью? Но для надёжности всё же повторяю его. Хотя бы для начала.
Я выпрямляюсь, и мы вместе входим в башню. И снова перед дверью я немного втягиваю голову. А потом выдыхаю, и с каждой ступенькой лестницы, по которой мы спускаемся вниз, дыхание всё больше выравнивается.
– Слушай, а в наших гнёздах-спальнях вообще нет розеток? Где ты подзаряжаешь аккумулятор? – начинаю я разговор.
Хейзел громко хохочет.
– А знаешь, ты смешная!
И тут я чувствую себя как-то глупо, сказав это, а я ведь спрашивала вполне серьёзно. Нет уж, лучше незаметно спрячу зарядный кабель в кармане куртки. Аккумулятор моего телефона полностью разряжен. Чёрный экран. Ни звука от него больше, ничего. Теперь его можно, как абсолютно бесполезную вещь, запихать подальше в чемодан.
– А как ты поддерживаешь контакты с внешним миром? – неожиданно для себя спрашиваю я. – Я уже поняла, что технически здесь всё немножко по-другому. Но пароль от Wi-Fi получают только старшеклассники? Ты пишешь родителям имейлы с единственного школьного компьютера, вокруг которого все вьются во время перемены? Или гусиными перьями и чернилами?
Это я так попыталась пошутить.
