— Шанира! Так называется очень редкий цветок! Он растёт на склонах вулканов! — Мама подошла ближе, взяла горшок и переставила его на боковую полку. — До следующей встречи!
Она не обернулась, и голос звучал глухо, а я, перепугавшись, что своей медлительностью сделала только хуже, пробурчала: — До скорой встречи!
Рванула к выходу и едва не врезалась в Мирна, который стоял неподалёку от распахнутой двери. Но он ловко меня поймал, подхватив уверенно под локоть, не позволив рухнуть на пол. Рина вцепилась во второй, и они повели меня на следующее занятие. Признаться, я несколько ошалела от их напора, что даже не подумала сопротивляться.
— Ты молодец! — прошептала Рина. В школе было шумно, но я её услышала. — Справилась на отлично, ни единый мускул на лице не дрогнул! Ещё один урок пережить, и будем свободны, как ветер над морем!
Только на полпути я наконец сообразила, что как-то далеко мы идём. Преодолели три широких лестничных пролёта, два коридора, и всё ещё продолжаем идти. Я притормозила, попытавшись вывернуться от их захвата. Друзья моего стремления не оценили и начали поглядывали на меня, как на тяжело больного человека, который без помощи не в состоянии даже шнурочки завязать. А мои намеки, которые я делала, с лестничного пролета третьего этажа, когда решила, что вполне способна перемещаться самостоятельно, они старательно игнорировали.
— Эй, перестаньте так на меня смотреть! Я в порядке, поверьте! — и в подтверждение своих слов, звучавших не столь уверенно, как мне бы того хотелось, улыбнулась. — Спасибо, конечно, быстро так быстро увели из теплицы! Из последних сил держалась, так хотелось маму обнять, ох, надеюсь, в следующий раз будет полегче! И позвольте спросить, а куда мы идём?
— На крышу! — ответил с непроницаемым видом Мирн, но спустя мгновение, со смешком добавил: — Почти!
— Ой, все просто, занятия по изучению небесных сфер будут проходить в кабинете, который находится на чердаке здания! Можно сказать, на крыше, да! — фыркнула Рина.
Подъем показался нам бесконечным с непривычки. Перемещаясь несколько дней по первым двум этажам, мы оказались не подготовлены к подъему на верхотуру здания по многочисленным ступеням лестницы. Да еще и после плодотворного занятия магией, дурно повлиявшего на наши неокрепшие организмы. Ступени оказались чересчур крутыми и хотя мы поднялись всего-то на пятый этаж, а казалось, что забрались на самый высокий вулкан. Даже Мирн начал хвататься за бок и громко сопеть. Зато друзья, наконец-то, отцепились от меня. Рина вскоре отстала, практически повиснув на перилах. Я, хоть и так же, как и друзья, едва стояла на ногах, попыталась отвлечь нас от плачевных итогов физических и магических нагрузок.
— Мы забрались на самую верхотуру, но и здесь кругом уже ставшие привычными камень, полутьма и бледные фонари, монотонно как-то и угрюмо! К тому же до ужаса пустынно и безлюдно! — я покачала головой, и меня повело в сторону.
— Ну, здание построено из камня, и это, в общем-то, понятно! — ухмыльнулся Мирн. — Что бы штормом домик не унесло за горизонт, прямо на второй остров, к монстрам, а вот экономия на освещении…
— Из-за фона острова! — сказали мы все трое в унисон и засмеялись.
Вернее, Мирн хрипло кашлянул, а Рина, привалившись к стене, улыбнулась краешком рта. И неожиданно я поняла, что узел напряжения внутри меня понемногу задрожал, начал таять, а спустя удар сердца исчез, не оставив следа. И я была этому несказанно рада. «Наберись терпения, цветочек, растущий на склонах вулканов!» — мысленно проговорила я, признаю, не без нотки сарказма.
Конечно, я прекрасно знала, что означает моё имя, но очень долгое время меня им никто не называл. Только Мирн, да и то в последние дни перед отъездом в школу. Я об этом старалась не вспоминать, что поделаешь, такова защитная реакция. Тётка звала меня исключительно местоимениями, самым употребляемым был — эй, ты.
— Да, в коридорах властвует фон острова, а свечи без магии ярко не горят! — закончил Мирн. — Всё легко объяснить! Кстати, а куда это ты сбежала вчера с полянки и после, в разговоре с профессором упоминала какой-то провал?
— Ты тоже заметил, что я уходила с полянки? — изумилась я.
Надо же, а как увлечённо он перемещался с профессором с кольями наперевес по поляне, но и он, как оказалось, поглядывать в мою сторону не забывал! Вот и верь после этого в напускную рассеянность некоторых индивидуумов.
— Я не настолько предан науке монстрозоологии! — ехидно сказал он, заметив моё удивление.
— Отошла чуть дальше, за деревья, и едва не свалилась в глубокий пролом! — фыркнув, сказала я.
— Что? — громко воскликнула Рина.
Проходивший мимо худой мальчишка со светлыми волосами дёрнулся от её крика, затормозил и схватился за сердце, но как только понял, что никого убивать никто не собирается, продолжил путь, несколько раз недовольно на нас покосившись. Мирн, ухмыляясь от уха до уха, ехидно покосился на подружку, она захлопнула рот ладонью, едва сдерживая смех. Немного отдышавшись, мы двинулись дальше.