мне снится. Опиумный сон.
И так все нормально. Ну, почти все, сейчас только вот догонюсь по
прилёту остатками раствора в туалете, и все будет рок-н-ролл.
Совсем мозги что-то отказывают в последнее время. Надо поспать
подольше. И трезвым.
***
Целый день меня лихорадит. Уже и бабло отдал шефу, и самолёт
разгрузили, и в офисе для виду покрутился.
Все накатывает и накатывает сатанинская мысль. Хули не пизданул
бабки, кретин? Лох!
Любишь Веронику? Это так-то ты её любишь тряпка, трус! У тебя
ведь такой шанс был, такой шанс! А ты? Обосрался! Ни кого ты не
любишь, кроме шкуры своей.
***
Едем с Вероном в такси. Везу её домой. Приболела немножко девоч-
ка, грустная такая. Жалуется на завистливую Глорию, которая с ней
не разговаривает из-за Вероникиной новой юбки. Мне бы их пробле-
мы!
- Веронича, представляешь, там, в офисе сейчас двенадцать тысяч
баксов!
- Серьёзно? А ты откуда знаешь?
- Да я сам их привёз с Москвы. Во такая пачка, прикинь! Вот бы её
нам!
- Да, здорово, конечно. Но вот ведь всё же – какая сука эта Глория!
Милая, наивная моя Вероничка! Как же я горячо люблю тебя тогда!
Именно в этот момент и принимаю решение! Сделаю моей принцес-
се сюрприз! Ох и обрадуется же, дурёха! Верх всякого кайфа – сде-
лать приятное любимой! От оргазма в постели до бриллиантовых
серёг! Задействованы одни и те же центры.
Мы, мужики, дарители по своей сути, а не получатели! От нас ис-
ходит, а они благодарно принимают.
На всех уровнях.
Для меня, друзья, трудно бывает принять решение. Но как только я
его принял – все. Я – машина. Я попру вперёд. Заебётесь останавли-
вать. Вперёд. Пока не пробьюсь или не разобьюсь в кровь. Но вперёд!
Я смелый, сильный, я просто супер!
С трудом дожидаюсь, пока такси доедет до её дома. Вскользь целую
Веронику и погоняю таксиста "Жми назад!".
Гони в офис, лукавый ямщик. Мне нечего больше терять.
К моему приезду офис уже пуст. Гуля, которая по всячески поддер-
живаемой ей же легенде, уходит якобы позже всех, видимо отвалила
сразу следом за нами.
Иду на вахту за ключами. Вахтерши давно уже привыкли ко мне.
Я часто так возвращаюсь в офис после всех. Приворовываю сум-ку-
поны или ключи от квартиры. Вахтерши привыкли. Такой приветли-
вый молодой человек.
Думаю, двух штук нам хватит за глаза. Ну, может двух с половиной.
В конце концов, если бы мне платили, как платят за такую же работу
в Штатах, откуда собственно и моя фирма, я бы уже заработал боль-
ше двух с половиной! Вот ведь бляди какие! Оборудование здесь пи-
хают по мировым ценам, а зарплату платят по каким-то пакистан-
ским! А что вытворяют с налогами и написать страшно.
Да они должны мне эти две с половиной штуки! Что это за хрень? Я
работаю не хуже американца. А если станут возбухать, расскажу где
надо о подробностях традиций казахской национальной охоты.
Кабинет босса всегда остаётся открытым, а сегодня он его закрыл!
Как назло.
Вот непруха.
И вот ведь глупость – дверь-то стеклянная! Ну и зачем же ты её за-
крыл, кровопийца, стекло же выбить - пара пустяков. Скотина аль-
бионская.
Но тогда мой план летит коту под хвост, разбитое стекло заметят го-
раздо быстрее чем, скажем, пару десятков купюр из толстой пачки.
Облом. Всё-таки не зря ты дверь закрыл, бульдог английский! Спа-
сло это тебя сегодня! Ладно, так тому и быть. Не судьба. Увы.
Ну и слава богу! Ну и чёрт с ними с деньгами. Подумаешь. А
дышать-то как легко сразу стало!
Сдаю ключи. Ловлю такси. Домой. Спать.
Домой, мать твою растак.
Проехать мимо Юриного дома просто так не могу уже давно.
Привязался к нему каждой клеточкой, каждой молекулой своей по-
знавшей тягучий опиумный звон. Тело реагирует на этот дом реак-
цией профессионального зомби.
Беру сразу пять граммов, к великой радости Юрца, но тут же и обла-
мываю, бадяжить раствор не буду, бесплатный проезд на подножке
отпадает.
Пока ворчащий себе под нос Юра ходит за кайфом, "отрабатываю" у
него с балкона старенькую стамеску. С чёрной эбонитовой ручкой.
Лежит она как-то уж совсем плохо - сама в руки просится.
А как ещё вытащить из двери шефа эти треклятые стекла? Выта-
щу их аккуратненько, а потом снова вставлю, а?
***
После устранения Мастерских промка полностью стала красной.
Воровской ход, конечно, но только номинальный.
Смотрящий теперь у нас – андижанец Бахти, по прозвищу Пухлый.
Чем-то на экс шеф-повара Мурода смахивает. Дипломатичный до-
нельзя. Трясётся за место. Даже с петушнёй старается вежливо раз-
говаривать, я уж про нашу гадскую организацию молчу. Надеяться
подольше продержаться на теплом месте. Ну и пусть сидит, плов ку-
шает. лишь бы не мешал под ногами.
Дядиному бизнесу на папской промзоне теперь не рискнёт угрожать
никто.
Под контролем Булки довольно регулярно в печь входят левые те-
лежки неучтённых галош. Не пара и даже не лоток - тележка. Это
несколько сотен пар, друзья. Трактором приходится вывозить. Под
охраной опера Валиджана.
Также работает без особых сбоев продуктовый лабаз Бибикова. При-
вилегированные граждане промки регулярно покупают набор из сы-
рых продуктов.
Довольно часто и я с Алишером вышвыриваем в жилую серьёзные
партии конопляной дури.
