Но в этот раз «удивил» их не «Туча», а «Здоровый дух», впервые за всё время выхода из лагеря явившегося перед ними пешком. С ним был выглядевший каким-то пришибленным, также пеший денщик – навьюченным огромным баулом и двумя сумками в руках. И незнакомый старший лейтенант и прапорщик. С ними была ещё группка солдат и унтер-офицеров, в том числе трое связистов: двое солдат увешанные катушками с телефонным проводом и один с коробкой телефонного аппарата на боку.
У капитана Вуорела в сумраках огнём горели глаза – хоть прикуривай:
- Ребята! Завтра утром нам с вами предстоит вступить в бой за свою Родину – свободную демократическую Финляндию…
Хотел сказать ещё что-то – высокое и торжественное, но от выступивших от волнения слёз не смог как обычно закончить речь.
Поэтому только махнул рукой:
- За мной… Марш!
И первым шагнул на начинающий подмерзать лёд залива Ханге-Эстрафьерьд.
Рисунок 23. Финские артиллеристы-противотанкисты на марше.
Солдаты, подавленные происходящим и их возможной перспективой – скорой войной с русскими, помалкивали… Даже воинственный Яско Тукиайнен молча тянул лямку и лишь пыхтел-кряхтел от натуги.
Лишь толкающий пушку за щит наводчик Хейно Яаскеляйнен, пробурчал разок себе под нос:
- Да он у вас даже не контуженный… Больной на всю голову.
Но его никто не услышал.
***
Ночь с 31-го марта на 1-е апреля была на редкость красивая – хрустально-прозрачный воздух, чистое небо, а нём яркая просыпь звёзд и молодая луна.
«Менее двух километров» - это если по прямой. Но чтобы их не заметили «соседи», им пришлось дать изрядный крюк - сперва идя вдоль берега, что заняло у них не менее полутора часов. Затем дойдя до ещё финского, но после аренды Советами Ханко - брошенного населением рыбацкого посёлка Лаппохья с небольшой гаванью. Здесь, перед последним рывком, они сделали привал на полчаса, чтоб передохнуть и перекурить.
Насчёт последнего солдатского удовольствия, «Здоровый дух» строго предупредил, чуть ли не лично каждого:
- Накуривайтесь хоть до одури здесь, на месте я вам курить не разрешу. До самого рассвета!
После небольшого привала, «Боевая группа «Ернэн»» под командованием капитана Вуорела свернула под острым углом в направлении темнеющего метрах в трёхстах мыска и ещё минут через двадцать, они оказались в узкой - глубоко врезающейся в сушу бухточке острова Экен117.
Рисунок 24. Остров Экен (Экё). Красная линия – расстояние в метрах. Современная карта.
Шедший всё время во главе колонны, капитан присел на первый же попавшийся камень на берегу, отдышался и подсветив фонариком с синим стеклом, глянул на часы:
- Двадцать два сорок… До срока окончания срока действия ультиматума – час двадцать.
Командир взвода прапорщик Сеппэ, спросил:
- Вы считаете, русские начнут войну в полночь?
Тот, чуть помешкав:
- Не исключено, конечно. Но всё же, большая вероятность что с рассветом…
Оба они знали, что 1-го апреля светает в Финляндии в 06:45. Темнеет в 20:04.
- …Так что времени подготовиться к встрече «соседей» у нас предостаточно.
Конечно первым делом отпустив «носильщиков», приданную ему егерскую роту капитан Вуорела распределил повзводно на мысках по обеим сторонам бухточки и в тылу, поставив задачу командовавшему ею старшему лейтенанту:
- Вы прикрываете мои пушки и всего лишь. Поэтому тщательно замаскироваться и стрелять только тогда, когда вам буквально наступят на голову. Не раньше!
Подумав с минуту:
- Возможно на острове русские. Проведите осторожный ночной поиск и найдите телефонный кабель – он обязательно должен быть. Как только начнётся стрельба – перережьте его и без шума ликвидируйте связистов, которых отправят на поиски разрыва. Без приказа от начальства, гарнизон будет сидеть тихо и нам мешать не будет…
Заговорщически подмигнув:
- …И мы ему тоже, сидеть тихо мешать не будем.
«Старшой», начал было умничать:
- Если действительно начнётся война, так может мне с моими егерями атаковать и занять остров Германсэ?
- Не вижу в том особой надобности, господин старший лейтенант. Если мы здесь начнём стрелять, русские сами к нам явятся с того острова. Ваша задача – устроить и перебить их. Тогда, в следующую ночь, мы сможем уйти к своим через Германсэ и группу островов за ним.
Хитро улыбнулся ему и командиру пулемётного взвода в звании прапорщика:
- А Вы думали, я вас сюда как смертников привёл? Чтоб «с честью» погибнуть? Не имею такой привычки и вам её приобретать не советую!
Обе 37-мм пушки затащили на берег и за неимением возможности выкопать нормальный окоп, из камней и кусков слежавшегося снега стали сооружать «орудийные дворики» русской буквой «П», которые потом замаскировали срубленными ветками.
