Шопоголик и Рождество полностью

Ладно, у меня есть список, первыми пунктами в котором идут: «Скатерть, салфетки, свечи». Решено: я сегодня же определюсь с темой и буду стоять на своем. Не собираюсь распыляться и заказывать вещи, которые мне не нужны. Вот так-то.

Но мамочки мои! Стоит мне войти в огромный зал, где проходит ярмарка, как у меня аж голова начинает кружиться. Такое все вокруг… праздничное. Куда хватает глаз, высятся нарядно украшенные киоски. Тут и подарки, и гирлянды, и елочные шары, и пудинги, а между прилавками с жутко заразительным азартом носятся покупатели. Я пишу Дженис сообщение: «Встретимся в ряду А», а затем, задыхаясь от восторга, ныряю в эту кучу-малу.

Самое важное – это сосредоточиться на том, что тебе действительно нужно. Но ведь бывает же, что ты и сама не понимала, насколько вещь необходима, пока она не бросилась тебе в глаза. Вы только поглядите на прилавок с праздничными фартучками! Такие хорошенькие, льняные, узорчатые – тут и дубовые листочки, и малиновки. Я просто не могу не купить набор для всей семьи. Ведь в одинаковых фартучках мы уж точно организуем праздник по высшему разряду?

Долго разглядываю разные модели и в итоге себе беру фартучек в остролистах, Минни – в малиновках, а Люку – в пудингах. Оу, а за три сразу полагается скидка, вообще отлично! Отходя от прилавка с льняным тючком в руках, я буквально подпрыгиваю на ходу. Начало положено!

В следующем киоске продают многоярусные блюда для пирожков, сделанные из старых переработанных кастрюль. Мне и в голову не приходило, что мне такое нужно, но теперь я понимаю, что без этого не обойтись.

– Отправить вашу покупку на стойку выдачи? – спрашивает продавец, принимая у меня деньги, и я радостно улыбаюсь.

– Да, пожалуйста!

Так даже лучше. Не придется таскать эту чертову конструкцию в руках. Обожаю это место.

Забирая у него чек, я замечаю в толпе Дженис и начинаю изо всех сил ей махать.

– Бекки! – Дженис подбегает ко мне. На ней подпоясанное ремнем мамино пальто с меховым воротником, а губы накрашены новой ядовито-лиловой помадой.

– Дженис! – восклицаю я, целуя ее. – Правда тут здорово? Уже купила что-нибудь?

– Да, – она вертит перед моим носом пакетиком. – Золотистую посыпку для выпечки и дольки апельсина в шоколаде. А еще видела потрясающий венок из алых колокольчиков.

Оо! А что, если выбрать темой оформления красные колокольчики? Я как раз собираюсь спросить у Дженис, где она видела такой венок, как вдруг замечаю, что она с тоской смотрит в сторону фуд-корта, и предлагаю:

– Может, нам кофе и пирожками для начала подкрепиться?

– Отличная идея! – вскрикивает она и тащит меня к пустому столику. И вот мы уже пьем капучино, жуем пирожки и, довольные, глазеем на рождественскую суматоху.

– Бекки, спасибо, что пригласила меня, – говорит Дженис. – И все же, как я уже говорила, довольно странно, что твоя мама не смогла прийти.

– Да ладно, – отзываюсь я. – Ничего страшного. Просто не сложилось.

– Она в последнее время так занята, – вздыхает Дженис, глядя куда-то мимо меня. Глаза ее внезапно начинают влажно блестеть, и у меня появляется дурное предчувствие.

– Ну да, – осторожно отзываюсь я. – Ты с ней сейчас не часто видишься?

– Да куда там, – отмахивается Дженис. – У нее теперь такая насыщенная жизнь. В этом их распрекрасном «Шордитче». Только и знает, что хвастается и в вотсап постоянно фото кидает. А нас и Оксшотт совсем забыла.

Она вытирает нос салфеткой, но я не могу понять, расстроена она, зла, или и то и другое сразу.

– Мама вроде говорила, что хочет позвать тебя с собой на множество мероприятий, – осторожно замечаю я. – Не позвала разве?

– Она приглашала нас на поэтический вечер, – помолчав, отвечает Дженис. – И еще говорила про какие-то уроки танцев. Но мы отказались.

– Почему? – удивляюсь я.

– Солнышко, это не для нас, – пылко заявляет Дженис. – Они там все молодые. Не так одеваются, не то едят, не о том говорят. И взгляды на жизнь у них другие… Мы с Мартином ни за что не впишемся. Мы же не из тех, кто таскается «дегустировать крафтовый джин».

– Да ну что ты! – горячо заверяю я. – Вы из тех! Могли бы быть из тех!

– Тогда это были бы уже не мы, милая, – так решительно заявляет Дженис, что возразить я не решаюсь. – Но, к счастью, у меня в Оксшотте появилась новая подружка, – отстраненно добавляет она. – Ее зовут Фло. Мы с ней теперь вместе пьем кофе после зумбы. Можешь рассказать маме.

Я в ужасе смотрю на нее. Это даже хуже, чем шпильки в вотсапе. Неужели мама и Дженис по-настоящему разошлись? Но этого не может быть. Они ведь подружились еще до моего рождения. Если они расстанутся, получится, что у меня теперь неполная семья!

– Дженис… – начинаю я, но понимаю, что не знаю, как закончить. Не могу же я говорить за маму. Не представляю, как все уладить. Одно ясно: все это совершенно неправильно.