– А может, Маринка ваша сама им в друзья не годится? – неожиданно послышался в дверях голос бабы Кати. – Не вписывается в новую компанию. Может, поперёк общества идёт. А понять, почему идёт, не соображает. И подсказать некому. Мать-то целый день на производстве. Вот деваха и мается, незнамо почему.
– Это Маринка в друзья не годится?! – взвилась со стула Жанна. – Да вы знаете, какая она целеустремлённая! Самые интересные и проблемные споры кто всегда в классе заводил? Она заводила! Как подбодрить умела, когда у кого-нибудь неприятности случались. Как самых безнадёжных отстающих вытягивала. А какая выдумщица на игры была! Всегда первая в бой за наш класс бросалась! Если хотите знать, её многие мальчишки из параллельных классов сторонкой обходили.
– Жанна, завтра с утра-то пораньше надо в шко-лу, – ласково взяла её за плечи баба Катя.
– Так мы же ещё не решили, что делать будем. Нам ещё говорить – не переговорить.
– Чего зря языками чесать? Всё одно в одиночку ничего не придумаете, – неумолимо произнесла баба Катя. – Завтра это письмо в классе зачитаете и решите сообща, как вашей распрекрасной подружке помочь.
Но пятый «Д» впервые за время своего дружного сосуществования откровенно растерялся.
По дороге домой, прокручивая в памяти бестолковый разговор с ребятами, Люда понимала, ничего путного они не придумали. А решение написать письмо протеста от всего класса в совет дружины Углегорской школы доставило бы Маринке только новые огорчения. Ну, вызовут её одноклассников на совет дружины. И что – устроят головомойку из-за письма «запорожцев турецкому султану»? Чепуха! Никто никого никуда из-за новенькой вызывать не будет. Очень им надо. В лучшем случае предложат ребятам самим в классе во всём разобраться. А вот тут-то они на ней же и отыграются. Ябед никто нигде не любит. Хорошо ещё, письмо по горячке не написали. Тянули с текстом кто в лес, кто по дрова. Решили, дома каждый сочинит свой вариант. Завтра класс это прочтёт, обобщит и накатает послание по всем правилам.
Правда, когда начали расходиться, кто-то уронил, так, между прочим, не двинуть ли к Маринке всем классом в этот самый Углегорск. Но его подняли на смех, договорить даже не дали. До конца четверти осталось две недели! Контрольные на носу, всякие мероприятия, у многих кружки! Родителям как объяснить, что за экскурсия такая за тридевять земель образовалась? И без «классной» кто их одних отпустит? Девчонок уж точно ни-ни! Бредовое предложение!
Стоп! А почему «бредовое»? Зачем ехать всем? Когда…
От дерзкой мысли у неё даже закружилась голова. Могла же княгиня Волконская одна проехать через всю Россию! А тут ради лучшей подруги не прокатиться несколько часов? Ехать! И завтра же, с утра! А вот помочь, посоветовать, как лучше совершить эту поездку, чтобы ни одна душа не узнала, может только один человек. Дома об этом лучше не заикаться. Известное дело – «Сама деваха виновата», – мысленно передразнила она бабушку.
Ирина Ивановна выслушала этот страстно-сбивчивый рассказ гораздо спокойнее и прямо-таки доброжелательнее, чем ожидала будущая путешественница. Более того, актриса ни разу не перебила эту пламенную речь. Не попеняла на горячность, скороговорку, невнятность дикции, как не раз бывало на занятиях кружка, чем доводила ребят порой до белого каления.
От такого участия Люда даже как-то сникла и неуверенно завершила:
– Вы, конечно же, думаете, что у меня крыша поехала?
– Я совсем так не думаю, – светски отмахнулась руководительница. – Я прекрасно понимаю тебя и считаю, что ты замечательный друг. Я бы от такого не отказалась. А идея твоя просто сверхгуманна. В духе нашего любимого с тобой, но, увы, такого далёкого девятнадцатого века. Остаётся воплотить её в жизнь.
– Воплотить всё это одной мне будет трудно. Придётся что-то сочинять, чтоб меня отпустили.
– Не придётся тебе ничего сочинять! – торжествующе изрекла Ирина Ивановна. – Знай, завтра рано утром в Углегорский клуб шахтёров для проверки сценической площадки, на которой мы будем играть выездной спектакль, отправляется наш театральный автобус.
– И что?
– А тебе не интересно, что мы будем играть?
Люда неловко пожала плечами.
– Интересно, конечно.
– «Записки княгини Волконской»!
Люда ахнула и молитвенно сложила руки.
– Неужели?! Мой любимый! Это судьба!
– Судьба! И проверять эту сценическую площадку едут начальники наших производственных цехов.
У Люды вытянулось лицо… она-то тут причём?
– Очень даже причём! – развеяла её скепсис актриса. – Ты поедешь вместе с ними! Да-да! Они будут проверять сцену, а ты помчишься к своей подружке. В какую смену она учится?
– Во вторую, ой… я поняла! – восторженно завопила она. – Это же классное решение проблемы!
– Я бы сказала, замечательное решение! Вы успеете подъехать ко времени, когда в школе начнутся уроки второй смены. Ты повидаешься с Мариной, решишь, по возможности, все ваши проблемы и вернёшься обратно.
