Надежда Ивановна неожиданно для себя нервно пожала плечами, усмехнулась позаимствованному жесту и настороженно опустилась на стул.
– Дерзай, Никитин. Меня не захотели услышать, пусть послушают тебя.
– Я бы хотел стать обыкновенным компьютером. Может быть, тогда папа, мама, бабушка и брат обратят на меня внимание. Я дома, чаще всего, за весь день могу от них услышать всего пару вопросов: как дела в школе, какие оценки сегодня получил? Ещё позовут обедать да пожелают доброй ночи, не отрываясь от монитора. Иногда мне кажется, что не я, а ноутбук их сын. Ему они с удовольствием отдают всё свободное время. А я лишь помеха. Пристаю с разными вопросами, просьбами, хочу, чтобы они поговорили со мной о моих делах. А получается, что только отнимаю у них время. А вот если бы я стал компьютером, они бы ухаживали за мной, носили меня на руках. Терпеливо ждали, когда я начну с ними общаться, не обрывали меня на полуслове. А главное – общались бы со мной, как с самым близким человеком. Мне так не хватает общения с родными. Иногда я даже чувствую себя чужим в собственном доме. Именно поэтому недавно записался в библиотеку. Там мне рады. Там отвечают на любой мой вопрос. Там меня ждут. Дают советы. А главное – слушают. Так что я хотел бы быть компьютером, хоть и ненавижу его… – он подошёл к столу, положил тетрадь, вернулся на место и бездумно уставился в окно.
Зато поднялась Катя и, ни к кому не обращаясь, произнёсла:
– Я бы тоже хотела стать компьютером. А заодно и телевизором. Это самые уважаемые члены нашей семьи.
– И я, – вскочил Славка… – по большому счёту, я уже и так стал им наполовину. Всё свободное время провожу у монитора. Забыл, когда открывал хоть одну книжку после «Конька-Горбунка».
Один за другим с места вставали ребята. Их признания мало чем отличались друг от друга.
Надежда Ивановна слушала эти пронзительные откровения и не верила своим ушам. А когда прозвенел звонок, и ребята засобирались по домам, спохватилась и попросила Серёжку задержаться. Тот пожал плечами и послушно уселся напротив. Справившись с охватившим волнением, она начала непростой для себя разговор:
– Не думала, Серёжа, что когда-нибудь решусь на подобный разговор. Но ты был откровенен со мной. А я, вместо того, что бы разобраться, что к чему, устроила из этого представление на потеху всему классау. Извини меня, пожалуйста.
– Что вы, Надежда Ивановна, – горячо заговорил мальчишка, – вам просто хотелось понять, почему я не по правилам написал. Не как все.
– Увы, Никитин, мой педагогический опыт сегодня дал сбой. Ведь я подумала, что таким образом ты решил, уж прости мне это выражение, выпендриться перед ребятами. Моё задание выполнил? Выполнил. Рассказал о заветной мечте, стать компьютером. А на деле? Лихо призвал к прекращению всеобщей компьютеризации! Современным луддитом себя выставил!
– Кем выставил?
– В восемнадцатом веке в Англии так называло себя сообщество людей, которые уничтожали станки и различные механизмы, пришедшие на смену ручному труду.
– Зачем? Это же прогресс!
– Верно. Только этот прогресс лишал их куска хлеба. Впрочем, об этом ты узнаешь в старших классах. А сейчас я хочу признаться тебе, что поторопилась с негативной оценкой твоей работы. У ребят, хвала им за это, хватило смелости поставить меня на место. Потом, представь себе, опять же сгоряча подумала, что ребячьи мечтания, изложенные в сочинениях, ложь. Раз они, все, как один, выступили в твою поддержку.
– По-моему, они всё честно написали. Мы часто между собой говорим и спорим о таких вещах, о которых вы взрослые и подумать не можете.
– Говорить вы между собой, может, и говорите. А на деле получается? А получается вот что: самые близкие на свете дюди одновременно существуют в параллельных мирах. В школе один мир, дома другой. Вот я сегодня и решила попробовать создать для вас такие условия, при которых ваши вселенные должны, обязаны пересечься.
– Так бывает только в фантастических романах, Надежда Ивановна.
– А вот и нет. Я верну к жизни забытый в наше суматошное время добрый дедовский метод.
– Интересно, – недоверчиво произнёс Серёжка – Что за метод такой? Получается, что он сразу изменит нашу жизнь?
– Не сразу, но обязательно изменит. Что скажешь, если я начну встречаться с вашими родителями не только в школе на собраниях?
– А где?
– В ваших домах за чашкой чая. Между прочим, так поступала когда-то моя любимая учительница словесности. Обязательно раз в неделю навещала кого-нибудь из учеников.
– Только я не врубился, что она преподавала.
– Так она с гордостью называла предмет, который я сейчас преподаю вам.
– И вы тоже начнёте ходить к нам в гости?
– А почему бы и нет? Будем беседовать в домашней обстановке.
– Классно!
– Классно или нет – видно будет. Но желание смахнуть сетевую паутину с ваших сердец, с сердец ваших пап, мам, бабушек и дедушек у меня есть.
