Я уже привыкла к мысли, что я не в Америке. Не то чтобы не хотела там быть, а просто поняла, что нет смысла сопротивляться реальности, если ты ничего не можешь изменить. Я там, где я есть. Это временно, и меня греет мысль об отъезде следующим летом. Если сейчас я здесь, так почему бы не попытаться прожить это время с пользой? Устроиться на работу, общаться с друзьями, заводить новые знакомства и просто жить. Не вступать в любовные отношения, от них мне точно нужен отдых. Надеюсь остаться верной своему решению, потому что уже побаиваюсь себя, когда дело касается парней. Сегодня я бью себя в грудь, говорю, как мне хорошо одной, а на следующий день начинаю новые отношения, заведомо зная, что смысла в них нет.
Когда я впервые полюбила, поняла, что главной целью отношений для меня является единение. Быть с любимым двадцать четыре часа в день и, конечно же, выйти за него замуж. Такую цель я преследовала каждый раз.
Сейчас я все это переосмыслила. Не то чтобы я больше не хотела замуж. Нет. Но я больше не хочу гнаться за этим. Как будто если у нас просто хорошие отношения, которые делают обоих счастливыми, то это только разминка, подготовительный процесс перед свадьбой. А вот как поженимся, придет истинное счастье.
В погоне за статусом жены я пропускала самое главное – прекрасные особенности каждого периода. И вот сейчас я поняла, что в замужестве меня больше всего привлекал именно статус жены. Что человек выбирает меня, что принимает окончательное решение быть со мной, и никто другой ему не нужен.
Мне не хватает уверенности в том, что, находясь со мной, партнер определился. Вот так неожиданное открытие! Наверное, психотропное воздействие чая и МM`s. Полюби меня первым, а потом я сама полюблю себя. Такую модель поведения я заметила в своей жизни. Причем как только ты перестанешь любить меня, я тоже не увижу больше в этом смысла.
Почему так легко любить и боготворить других, и так сложно – себя? Мне как будто нужно чужое одобрение, чтобы любить себя.
Я выросла в семье взрослых детей. В которой родители давали нам только материальную поддержку. Морально поддерживать им не хватало сил даже себя, и я выросла такой же. Умеющей удовлетворять только свои физические потребности, а вот удовлетворения всех остальных я жду от кого– то другого. В Америке я впервые не хотела выходить замуж, ни за кого. И это была приятная свобода.
А вот и Днепропетровск, люди начинают запрыгивать в вагон – боятся, что двадцати пяти минут недостаточно, чтобы все успели сесть, и что именно они останутся на перроне. Я пересела на свое место, чтобы избежать неловкой сцены выяснения, где чьи места, и размахивания билетами. Самое время ложиться спать. В Киев прибываем в шесть утра, хорошо бы выспаться.
Неприятное чувство тревоги поднимается у меня при виде аэропорта.
Наверное, фантомные боли после двух огромных чемоданов и отсутствия помощи. Да, не лучший прием мне оказал Борисполь, ну и папа в том числе.
Табло показывает, что самолет, на котором прилетела Аня, уже сел. Я специально не торопилась. Знаю, что пока она пройдет паспортный контроль, пока получит багаж, это как минимум еще сорок пять минут, так что спешить некуда.
Я успеваю взять себе кофе и встать с распростертыми объятиями в месте для встречающих. Никогда никого не встречала раньше, как и никто не встречал меня. Хотя последнее очевидно, ведь поездка в Америку была моим первым выездом за границу.
А вот и Аня звонит.
– Привет.
– Привет. Вы уже сели? А я покупаю кофе и жду тебя.
– Я уже на выходе. Где встретимся?
– Быстро ты справилась. Там и стой, я сейчас подойду.
Хотела встречать ее как в фильмах, с табличкой, среди остальных ожидающих, а в итоге она ждет меня. Странно, как это у нее так быстро получилось выйти? Может, самолет раньше прилетел?
Вижу ее, она так легко одета – шорты и футболка для октября не самый практичный наряд, ох уж эти американки. А вот и она увидела. Бежит мне навстречу, начинает плакать, я тоже рада ее видеть.
– Ева.
И она зарыдала. Это не была радость сквозь слезы, это был самый настоящий рев. Я не знала, как ее остановить, поэтому решила переждать. Ничего пока не спрашивать. Видно было, что ей это нужно. Я почувствовала, что она долго сдерживалась, а теперь наконец– то может расслабиться. Повиснуть у меня на плече и рыдать.
– Ты кушать хочешь?
– Нет.
– А кофе?
– Да, давай, я замерзла.
– Так почему ты тогда не оделась? Если ты не заметила в своем солнечном Вайлдвуде, то заметишь в Украине – уже октябрь.
– Я бы оделась, если бы было во что.
– Не поняла.
– Ева, давай сначала возьмем по самой большой чашке кофе, а потом все расскажу.
– Хорошо, давай.
Мы поднялись на второй этаж и сели в одну из кафешек. Аня вся дрожала, я не понимала, от чего – от холода или просто от нервного напряжения. Если бы я встретила ее случайно на улице, то, возможно, даже не узнала бы.
