Ты представляешь, сколько там у меня всего осталось: компьютер, одежда, обувь и всякие мелочи. Я буду продолжать писать ему в надежде на чудо, больше мне ничего не остается.
И этот человек казался мне достойным, чтобы ради него пойти на риск. Но я ошиблась. Не знаю, могла ли я такое предвидеть.
– Я думаю, никто не смог бы предвидеть. Но знаешь, хорошо, что это случилось сейчас. Не через год или два, когда ты уже привыкла бы жить там и у тебя была бы работа и налаженная жизнь. Сейчас у тебя был период Work and Travel. Как раз началась его вторая часть – travel. Work мы честно отработали, а вот попутешествовать забыли.
– Не могу себе простить, что не поехала с тобой в Нью– Йорк. Представь, из– за моей влюбленности я даже не попутешествовала. Если не считать эту феерическую поездку, в которой я не успела ничего увидеть. А еще мне поставили запрет на въезд на пять лет. Так что не видать мне Нью– Йорка в ближайшем будущем.
– Ничего, у тебя еще будет шанс. Мы обязательно с тобой туда съездим.
Я обняла ее, и мы немного помолчали. Все это напомнило мне, что нельзя делать рискованные ставки на парней. Через год Аня уже не вспомнит, кто такой Габриэль, а депортацию не забудет никогда. И запрет на въезд в ближайшие пять лет. В ее личном деле запись о нарушении закона будет всегда, в будущем при выдаче визы это сыграет не последнюю роль.
Нам уже пора было ехать на вокзал. Мы спустились в метро, вышли на станции «Вокзальная» и пошли к нашей платформе. До отправления было еще сорок минут, но в поезд уже можно было заходить.
Мы гуляли целый день и устали, поэтому сразу легли отдыхать. Говорить не хотелось. День, который мы пережили сегодня, измотал как Аню, так и меня.
Мы уехали в мае вместе, а вернулись вместе только сейчас. Только теперь, когда мы вдвоем едем в одном купе поезда Киев– Запорожье, это выглядит словно дорога из Америки, только чемоданов не хватает.
Аня уснула, а я еще прокручивала в голове ее рассказ. Только сейчас я почувствовала, что наша американская история закончилась.
Утро в чужой квартире вызывает физический дискомфорт. При свете дня все выглядит гораздо уродливее, чем ночью. Кусок обоев отклеился в углу, на диване – пятна непонятного происхождения. Чувствую себя дурой, потому что затеяла все это. Я немного поспала, но бодрее не стала. Даже боюсь смотреть на телефон. Бедный Данил, он, наверное, совсем места себе не находит. Нужно позвонить ему и позвать на завтрак на нейтральной территории.
Странно, ни одного пропущенного звонка. На часах восемь двадцать, неужели он до сих пор спит? Итак, три глубоких вдоха и выдоха, и набираю его номер. Гудок – раз, гудок – два, гудок – три. Все, не могу это выдерживать, кладу трубку.
Перезванивает. Не могу ответить, мне страшно. Ну давай же, бери!
– Алле, привет.
– Привет.Ты где?
– Давай позавтракаем вместе, и я все расскажу.
– Хорошо, куда за тобой заехать?
– Я сама подъеду, давай в «Кофе– кофе» через двадцать минут.
– Хорошо.
Он спокойный, это неожиданно. Я готовилась отражать кучу вопросов и даже криков с его стороны. Теперь главное не поддаться его заботе и пониманию. У меня были причины, чтобы уйти, и я теперь должна отстоять свое решение.
– Привет, ты на такси?
– Да.
– Будешь завтракать?
– Мне как обычно.
– Я проснулся среди ночи, а тебя нет. Позвал тебя, и никто не ответил. Я потянулся за телефоном и нашел твою записку. Могла просто сказать, что хочешь переночевать у какой– то из подруг, зачем было уходить среди ночи, как воришка?
– Данил, я не просто ночевала не дома, я теперь живу там, где ночевала сегодня.
– Что? В каком смысле живешь?
– Вчера я ушла, не собирая вещей, в ближайшие пару дней я обязательно их заберу.
– Это какой– то сюрреализм. Что ты хочешь этим сказать?
– Я сейчас попрошу меня не перебивать и выслушать. Мне сложно все это сказать, а еще сложнее было решиться. Я уже давно чувствую себя несчастной. И дело, конечно же, не в тебе. Я по– прежнему тебя люблю, и ты самый прекрасный человек в целом мире, а вот я – нет.
Я никак не могу наладить отношения с самой собой. Я не была одна фактически никогда. С самой школы у меня постоянно были парни. Я постоянно находилась в романтических отношениях, хороших или плохих, не имеет значения, но всегда был кто– то, кто придавал моей жизни смысл.
И вот сейчас, будучи безгранично счастлива с тобой, я этот смысл потеряла. Ты дал мне все, и теперь мне не за что бороться, понимаешь?
Я чувствую себя подростком в теле взрослой женщины. Посмотри на мою жизнь: мне ничего не интересно, я не работаю уже год, не зарабатываю ни копейки, кто я без тебя? Я абсолютно несамостоятельная. Меня это пугает.
Каждый раз, когда ты едешь в командировку и мне нужно ждать от тебя смс, что ты долетел, я боюсь. Боюсь потерять тебя и боюсь остаться без тебя, потому что не знаю, как я выживу.
